Это привело меня в ещё большее бешенство, чем мой сон. Я тут же вскочила на ноги и уверенным шагом направилась к кровати Мидеуса, дернув одеяло на себя.
— Просыпайся! — резко сказала я.
— Что? Лисса, полегче, — проворчал лорд, хватаясь за одеяло, — чего тебе?! Сейчас глубокая ночь, иди спать.
— Ты раздел меня?! — требовательно произнесла я.
— Нет… Великие, нет! Я бы не стал тебя касаться без твоего ведома, — он повернулся ко мне лицом, — это была Шейда.
— Леди Моррис?
— Да, это она уложила тебя поудобнее, а сама ушла в кобальтовые покои. Там она должна была принять твой облик и провести ночь.
— И она на это согласилась? — недоверчиво спросила я, зная, что, несмотря на все свои достоинства, эта блондинка весьма ревнива.
— Альтернативой было нести тебя на руках через весь коридор, — ухмыльнулся Толлас.
— Могли бы просто меня разбудить! Пускай, я не смогла бы выйти через дверь, я ведь не многоликая, как Шейда… Но, возможно, я выскользнула в окно и вернулась через сад. А если он патрулируется, то тогда — с помощью морока невидимости. И даже если у тебя закончились силы, я могла бы…
— О, Тёмный, давай просто сойдемся на том, что я не хотел тебя будить? Успокойся, ничего страшного не случилось. Если захочешь, будешь ворчать завтра утром. А сейчас, если ты отвернешься и дашь мне одеться, то я могу уступить тебе кровать. Но пожалуйста, давай спать! С чего ты вообще подскочила?
— Все ты, и твои побочные эффекты от заклятья… — пробурчала я как-то обиженно.
Мидеус застонал и сел на кровати.
— Так, видимо, я сейчас уже не усну, — сказал он, похлопав по одеялу напротив себя, — Садись, успокойся. Я даже упущу тот факт, что я тебя предупреждал об этом.
Я села.
— Я знаю, что, когда сон достаточно крепкий и яркий, он ещё какое-то время не отпускает тебя даже наяву, — его тон был неожиданно мягким и ласковым, — а теперь расслабься. Глубоко вздохни и скажи, что такого тебе приснилось.
— Такое не рассказывают…
— Брось. Очень маловероятно, что ты сможешь меня чем-то удивить.
— Мне приснилось, что ты пришёл и разбудил меня среди ночи…
— Ага, прямо как ты меня сейчас, — он саркастично фыркнул.
— Ты просил меня не кричать и быть тише…
— Пока что все сходится, — его губы расплылись в кривой улыбке.
— А потом… ты подхватил меня на руки и перевернул так, чтобы я легла тебе на грудь…
После этих слов молодого мужчину словно пронзило молнией. Он застыл, внимательно ловя каждое мое слово.
— Затем ты провел руками по моему лицу… волосам, запрокидывая мою голову назад…
Мидей словно перестал дышать.
— …И оставил мокрый поцелуй на моей шее…
Издав тихий сдавленный вздох, он проникновенно посмотрел мне в глаза и хриплым шепотом произнёс:
— … и потом…?
И это было его согласием участвовать в том, что сейчас происходит. Чем бы оно ни было. Я сама плохо понимала, что и зачем я творю. Но я смотрела на него, а он на меня. Прямо, открыто, без стеснения или стыда.
— Ты пробрался руками под мою сорочку, а я откинулась назад и сжала пальцами твои плечи, впиваясь в них своими ногтями…
Я взволнованно облизала пересохшие губы. Его черные глаза заблестели.
— Ты несдержанно сжал меня, закрывая глаза от удовольствия…
Мидеус не смел и шелохнуться, словно боясь вспугнуть меня, как какого-то неприрученного зверька. Он не делал абсолютно ничего, но его голодный взгляд говорил за него лучше любых слов или действий.
— Ты меня раздел, слушал мой голос, пробовал на вкус, наслаждался запахом… — едва слышно произнесла я.
Но была уверена, что он не упустил ни одного слова.
— … когда сил сдерживаться больше не было, платину прорвало окончательно. Я шептала твое имя, но ты заставил меня его кричать. Не было больше противоречивых чувств. Мы оба были одним…
Нависла давящая тишина.
Я видела, как его обнажённая грудь вздымалась и опускалась из-за учащённого дыхания, а затем, с удивлением обнаружила, что и сама прерывисто дышу. Пульс участился, а уши словно заложило.
Мидей пошевелился первым. Он опустил голову, а затем пригладил пальцами волосы, откидывая их назад. В следующее мгновение его лицо приняло привычное выражение, а губы снова растянулись в ухмылке.
— Есть один нюанс, Лисса, — произнес он, — видишь ли, это невозможно.
Я ожидала, что он скажет какую-нибудь грубость, которая меня оттолкнет, но ответ поразил меня до глубины души.
— Как одаренному Арго, и очень щедро одаренному, мне приходится чтить некоторые его заветы. И терпеть некоторые… ограничения…
— О, великие, ты что, девственник? — вскрикнула я.
— Ну…как бы получше объяснить… в каком-то смысле, ты опытнее меня, — задумчиво произнес он.
Вам когда-нибудь случалось подавиться воздухом? Мне- да. В тот самый момент.
— Но… когда ты гостил в имении Лэкман… как же все те женщины в таверне…И Белтейн… ты и Элина… — я сбивалась с мысли на мысль. Просто в голове не укладывалось.
— Я не говорил, что невинен, — произнес он.
А затем Мидей хитро улыбнулся, словно что-то понял, и добавил:
— Лисса, ты ведь знаешь, что удовольствие можно получать …разными способами…?
— Конечно знаю!
Вообще без понятия, о чем он.