Столицу ждут новые потрясения, потому что в императорской академии открывается тёмная кафедра. И студентов, которые будут там учиться, поджидают опасности. Всё переплетается - магия, миры, дипломатия и старые угрозы. Но, как и всегда, всё будет хорошо! Потому что в деле артефактор.
Первое утро осени поприветствовало меня ярким жарким солнцем. Я распахнул окна спальни и прищурился. Похоже, что лето ещё задержится.
Посидели мы вчера отлично.
Я узнал несколько государственных тайн от захмелевшего Баталова. Не самых шокирующих, но тем не менее. Новый граф Петровский продемонстрировал гостям теневого дракона, позабыв о том, что старательно ото всех скрывал свою силу. Да и Головин не отставал, явив свою дуальную пару, тоже отбросив тот факт, что это попросили держать при себе.
Но, так как были только свои, переживать было не о чём. В каждом из присутствующих я был уверен на все сто.
Самочувствие и настроение после пробуждения у меня были настолько прекрасные, что я решил поехать на организационное собрание в академию. Сам себе удивился.
Чашка горячего крепкого кофе со свежеиспечёнными булочками, щедро посыпанными маком и корицей — что может быть лучше для начала нового дня?
Разве что ещё несколько пирожков, но с мясом.
Благо Прохор приготовил угощений на любой требовательный вкус. Особенно для таких мясоедов, как я. Заботливо разложил по корзинкам, прикрыл полотенцем и подписал где что.
Первые дары от моих подданных уже вовсю задействовали в готовке. Столько выпечки с дичью я ещё не видел. С помощью старейшины слуга освоил новый уровень кулинарии, так что нас ждало дичайшее разнообразие.
— Доброго утречка вам, молодой господин! — автор этих шедевров вышел на шум, сонно протирая глаза. — Вы куда в такую рань-то собрались?
— На работу! — так жизнерадостно ответил я, что старик поперхнулся и взглянул на меня с тревогой.
— Ваша работа — править, — назидательно пояснил Вуант, вышедший следом.
Беспутец заночевал в гостевой спальне, так как расходились мы весьма поздно. Да и налегли они на горячительное, причём подначивал всех дух предка. Видимо, побольше секретов хотел выведать. Недаром вместо пожеланий спокойной ночи призрак мне доложил, что разведка выполнена успешно.
Зачем всё это Митрофану Аникеевичу, я не спрашивал. Пусть развлекается, как ему хочется. Пока не вспоминает про покупку пушек, всё хорошо.
— Править — это для души, — развеселился я ещё больше. — Официально же я заведующий кафедрой артефакторики главной императорской магической академии. Звучит. Серьёзная должность всё же, не сравнить с прочим.
Прохор поцокал, осуждая мою насмешку. И предложил такому «сурьёзному мужчине» ещё подкрепиться. Пока он не откормил меня до состояния, когда двигательные функции отключаются, я поспешил скрыться.
Уже уходя услышал, как старейшина предлагает приготовить «утренний чудодейственный рассол» и провести какой-то ритуал, с ним связанный.
Послушно взревел мотором «Лесснер», я приветственно посигналил доставщику из лавки Малинина и отправился в путь.
Город сверкал чистотой. Словно всю ночь армия стихийников начищала его, приготавливая для одного из главнейших столичных событий. Новый учебный год.
Пока я изучал северные леса и разгадывал загадки потерянного народа, прошли церемонии определения дара. Список студентов был утверждён, так что их ждал праздничный вечер с поздравлениями и напутствиями. А после большой бал и банкет. А завтра сразу за парты, да уж.
Но молодые организмы и не к такому готовы, так что за их здоровье я бы не переживал.
Беспокоиться нужно было о сохранности городского имущества. Когда гуляют студенты, жертвы неизбежны. Так что традиционно на улицы выводили гвардию, привлекая всех свободных людей. Правда, помогало это не очень. Служивые просто присоединялись, слегка сдерживая особо ретивых.
Поэтому гуляли не только будущие маги, но и гвардейцы. Кто был страшнее, спорили каждый раз.
Но это всё ночью, пока же столица сверкала чистотой и праздничным убранством. Улицы украсили шарами и лентами, повсюду мелькали накрахмаленные белоснежные рубашки и белые пышные юбки — традиционные атрибуты формы учащихся.
Всё же хорошо, что выбрался. Особенная атмосфера царила вокруг. Предвкушение чего-то увлекательного, пусть и непростого. Воздух был наполнен надеждами, стремлениями и мечтами.
Даже серый гранит набережных, казалось, приобрёл тёплый оттенок. И поблёскивал вкраплениями белого, розового, голубого. Солнце игралось в каналах, билось о стёкла изящных домов и проникало в каждый уголок города.
Моё настроение, взлетевшее по дороге до самых небес, в академии разделял разве что ректор.
Лишь Ряпушкин выглядел непомятым и выспавшимся, в отличие от остальных присутствующих.
Собрались все в большом зале, где проходили балы и прочие масштабные события. Через высокие арочные окна проникал свет, отчего собравшиеся морщились и пытались скрыться, но было некуда.
Похоже, вчера не только мы праздновали.
К моему немалому удивлению, здесь был и Баталов. Вместе с графом Воронцовым они сидели чуть поодаль, в группе попечительского совета. И тоже страдали.
А ведь я им предлагал вчера разойтись пораньше…
— Господа! — громко сказал Ряпушкин, привлекая внимание.
