Когда Элизабет Фицджеральд вернулась из Дублина с ребенком на руках, все ахнули. Такая застенчивая, такая благонравная девушка, и вдруг опозорена! Имя отца вызвало еще большее удивление — лорд Тайрел де Уоррен, будущий граф Адар. Лизи была с детства влюблена в Тайрела. И знатного наследника привлекала скромная тихая девушка. Так привлекала, что он настойчиво предлагал Элизабет стать его любовницей, хотя был помолвлен. Кроме того, Тайрел был уверен, что ребенок не от него. Но вскоре он узнал, что и Лизи не мать мальчика. Какую странную игру затеяла эта с виду невинная девушка? И какая тайна связана с этим так похожим на Тайрела малышом?
Окончательный вид и форма этого романа не были бы возможны без поддержки моего редактора Миранды Индиго. Я очень благодарна ей за готовность всегда исправить и пересмотреть. Также поблагодарю Люси Чайлдс за ее исключительный энтузиазм, искреннюю поддержку и поразительную готовность выслушать. Наконец, как всегда, я остаюсь обязанной и вечно благодарной моему агенту Аарону Приесту.
Этот роман посвящается памяти моего дяди Сэма, самого доброго мужчины, которого я когда-либо знала. Он навсегда останется в моем сердце
Мать стояла позади нее и говорила так громко, что маленькая девочка, к несчастью, слышала каждое ее слово. Она приблизила книгу к лицу, пытаясь сосредоточиться на тексте. Но это было невозможно, потому что они уставились на нее. Щеки Лизи пылали.
— Разумеется, она нелюдима, но лишь потому, что стесняется. Конечно же она не хочет никого обидеть таким поведением. И ей всего десять! Я уверена, что пройдет время, и Лизи станет такой же очаровательной, как моя дорогая Анна. Ведь Анна настоящая красавица, не правда ли? И Джорджина Мей. Да, она идеальная старшая дочь. Помогает мне во всем. И очень благоразумна, — заявила мама. — И всегда выполняет свои обязанности.
— Не могу представить, Лидия, как ты управляешься с тремя дочерьми почти одного возраста, — сказала собеседница мамы. Она была сестрой пастора и приехала в Корк ненадолго. — Но тебе повезло. Анна удачно выйдет замуж, когда достигнет совершеннолетия, — она так красива, что тебе не нужно о ней беспокоиться! И у Джорджины Мей тоже прекрасные данные. Я думаю, она станет красивой женщиной.
— О, я в этом уверена! — воскликнула мать, словно могла заставить таким образом исполниться свои желания. — И у Лизи тоже все будет хорошо, я не сомневаюсь. Она перерастет детскую полноту, не правда ли?
Возникла короткая пауза.
— Конечно, она похудеет, если не будет сладкоежкой. Но если станет синим чулком, тебе будет нелегко найти ей подходящего мужа, — предостерегла жена пастора. — Я буду внимательно присматривать за ней. Разве она не слишком молода, чтобы читать?
Лизи оставила попытку вникнуть в содержание, прижав драгоценную книгу к груди и надеясь, что мама не подойдет и не отнимет ее. Щеки горели от смущения, и она хотела, чтобы гости говорили о чем-то или ком-то еще. Мать и сестра пастора перешли к обсуждению других взрослых, и Лизи с облегчением вздохнула.
Возможно, летний пикник был не самым подходящим местом для чтения. Собралось много людей — вся ее семья, самый близкий сосед, пастор и его жена. Всего семь взрослых и шестеро детей, включая Лизи. Ее сестры и их друзья играли в пиратов. Похожий июньский день был наполнен криками и смехом. Лизи мельком взглянула на происходящее, посмотрев на Анну, которая исполняла роль девицы в горе и собиралась разреветься над какой-то неудачей. Старший сын пастора пытался успокоить ее, пока его младший брат и соседский мальчик размахивали палками, словно настоящие пираты. Джорджи лежала на траве, изображая жертву какого-то ужасного невезения.
Лизи не пригласили играть. Да она и не хотела. Чтение увлекло ее с того момента, как она могла различить первые несколько слов, и за последние шесть месяцев внезапно, словно по волшебству, могла смотреть на предложение и понимать большинство слов. Очень быстро чтение стало ее страстью и жизнью. Ей было все равно, что читать, хотя она предпочитала сказки об отважных героях и рыдающих героинях. Сейчас она читала один из рассказов сэра Вальтера Скотта, несмотря на то что он был написан для взрослых и ей потребовалось час или более, чтобы прочесть одну страницу.
Лизи еще раз обернулась и поняла, что совсем одна. Взрослые сидели на больших одеялах и открывали корзины с едой. Ее сестры все еще играли с мальчиками. Она затрепетала от волнения и открыла свою книгу.
Но до того как она смогла перечитать последний абзац, на котором остановилась, к озеру, всего в двенадцати футах от того места, где она сидела, легким галопом подъехала группа наездников. Их голоса были мужественными, громкими и молодыми, и Лизи подняла голову, когда они спешились.
