— Аккуратнее на дороге, — желаю ему на прощание.
Марс долго смотрит в мои глаза. Затем притягивает меня к шее и целует. Поцелуй становится целостным и спокойным. Только дыхание почему-то замирает от него. И кажется, что это самый интимный момент в моей жизни.
— Доброй ночи, Лина! — Марс выходит из-за двери, и мне кажется, что мое сердце уходит вместе с ним.
Утыкаюсь лбом в закрытую дверь и жду. Звук пищевого лифта обеспечивает тишину. Марс пока там, на площадке. Я все еще могу остановить его. Лифт приезжает. Я слышу, как Марс заходит в кабину. Двери захлопываются. Я так и не решилась.
Утро. Квартира. Кофе… и воспоминания о вчерашнем вечере. Я сижу на кухне, уткнувшись лбом в стол, и пытаюсь не стонать. Так стыдно мне еще никогда не было. Клятвенно даю себе обещание больше никогда в жизни не пить.
Проснулась я, на удивление, свежая и бодрая. Голова не гудела, в теле чувствовалась приятная легкость. Немного саднило горло, но это не удивительно, когда делаешь… и вот тут на меня свалилась вся тяжесть вчерашнего вечера. Развернувшись на живот, я уткнулась лицом в подушку и кричала в нее, пока моему горлу не стало больно даже сглотнуть. Тогда я накрылась с головой одеялом в надежде скрыться от этого мира. Но вскоре стало нечем дышать. Спустя полчаса я нашла в себе силы встать и умыться. Весь мой путь до ванной напоминал о Марсе: как он стоял посреди комнаты, как в прихожей валялась наша одежда, как он сказал, что ему нужно ехать, и оставил меня одну стоять уткнувшись в дверь. Конкретно это воспоминание меня добило, и я вот я сижу на кухне, уткнувшись лбом в стол, с пылающими щеками и тяжелым сердцем.
Телефонная трель заставляет оторваться от уже теплой поверхности.
— Алло, — сиплю я.
— Ого! Что случилось? — Марину плохо слышно. Завывание ветра заглушает ее голос.
— Последствия вчерашнего вечера. А ты где? — отпиваю уже остывший кофе и морщусь от горького вкуса.
— Бегу забирать подарок на новоселье. Ты же помнишь, что мы сегодня к Насте?
Это сложно забыть. Прикрываю ладонью зевок и допиваю кофе.
— Конечно, помню, — и под угрозой смерти такое событие не пропустила бы. — Как мы встретимся?
— Предлагаю на Измайловской в центре зала. В пять часов. Не опаздывай, иначе нагоняй получим обе, — на этом Марина отключается, а я плетусь в душ. Но сначала делаю себе еще одну кружку кофе.
Душ освежает, но не смывает позора. Тяжелые мысли следуют за мной. В конечном итоге, мое богатое воображение рисует картину того, как Марс провел эту ночь в объятиях брюнетки с четвертым размером груди. Беру одного из двух плюшевых медведей, которые стоят у меня на диване, и сажусь с ним в обнимку на кровать. Хочется обнять хоть кого-то.
Внимание отвлекает вибрация на телефоне. Разблокирую экран, и мурашки волнения пробегают в по животу и оседают в самом низу, когда я вижу имя на дисплее.
Максим Владиславович
Перечитываю сообщение и тру глаза. Нет, не показалось, сообщение действительно от него. Непослушными пальцами печатаю ответ.
Я
Отправляю сообщение и кладу телефон на кровать экраном вниз, чтобы не видеть ответной реакции. На звук вибрации сердце реагирует раньше, чем в мозг, поэтому я читаю сообщение быстрее, чем осознаю, что именно делаю.
Максим Владиславович
Я
Максим Владиславович
Ух ты, давно я не была в театре. Правда, совсем не уверена, что Настя поймет мой уход. Но мысль о том, чтобы сходить с Марсом на свидание, привлекает.
Я
Отправляю сообщение, пока не передумала, и жду хоть какого-то комментария, но Марс молчит. И ладно! Задерживаться больше не могу, через пять минут нужно выйти.
Пробегаюсь по гардеробу в поисках наряда и выбираю черное платье-рубашку укороченное спереди. Дополняю черными сапогами на каблуках. Распускаю волосы. Для театра что надо. Надеваю пальто, хватаю сумочку и выбегаю из дома. Застегиваться приходится на ходу. Из-за Марса я снова опаздываю.
Марина ждет меня десять минут. Зато в гости мы прибываем раньше назначенного времени. Настя встречает нас в розовых штанах со слониками и белой футболке.
— Тебе идет, — не удерживаюсь я от комментария.
— Скажи, классные! Это мне Антон подарил, — Настя крутится перед нами, показывая, что и на попе тоже слоники.
Сам даритель этого чуда выходит из кухни с полотенцем в руках. Он высокий и худой с копной рыже-русых волос, голубыми глазами за прямоугольными очками в тонкой оправе. Совсем не во вкусе Насти.
