Но она ускользала от него, снова, снова и снова. С каждым разом приближаясь к неминуемому концу.
Это разъедало его сердце тревогой. Он потерял слишком много времени, выясняя, кто она. Лишь бы это промедление не стало роковым…
Меня вырвало из сна внезапно, будто щелкнули выключателем, и сознание немедленно прояснилось, выдергивая из уютного небытия. Я вздрогнула и приложила ладони к прозрачной стене, окружавшей меня повсюду. Это замкнутое пространство было слишком тесным, давило со всех сторон. Занервничав, я задышала чаще, почти в панике царапая прозрачную крышку, пытаясь вырваться из этой клетки…
— Хозяин, ваша пациентка, она… — Фразы тонули в тумане. Здесь кто-то есть?
— Ах ты Триединый! Да неужто, наконец, от нее избавлюсь? Да стал бы с ней возиться, если бы она не была…
Я глубоко вдохнула, чувствуя, что сознание уплывает, стирается, поглощённое тьмой. В этой тьме было не слишком комфортно. Меня захлестнул дикий ужас, и в следующий раз, открыв глаза, я навернулась с кровати, отбив все конечности.
— Ох… — простонала я. То был просто кошмар! Я уж думала, меня впрямь заперли в прозрачном ящике…
Сев, я первым делом взглянула на руку… Браслета правда не было, ни единого признака. А еще… Еще я была не слишком одетой. Пискнув, опустила задравшуюся сорочку, открывавшую все, что можно вообще открыть.
Я такого не ношу, что происходит?! У меня ушло несколько мгновений, чтобы осознать — комнату впервые вижу. Обстановка розовенькая, в рюшечках, кровать с пушистым балдахином. Все такое мимими, аж тошнит!
— Черт, — выругалась я, наткнувшись взглядом на знакомые колодки. Да вы издеваетесь! Я от этой обуви только избавилась! Уцепившись за столик, кряхтя, кое-как поднялась и уставилась тяжёлым взглядом на свое отражение.
Чтобы через секунду заорать от ужаса. Мое «Нет!!!», наверное, вся Академия услышала!
— Что случилось, крошка? — раздалось сзади, и мой вопль живенько перерос в гневный. Я схватила со столика вазу и швырнула ее в соткавшегося позади Ларса. Тот испуганно отпрянул, когда в ход пошли тетради, книги, косметика и игрушки.
— Вон отсюда! — заорала я не своим голосом. Не своим, потому что я не в себе! Буквально! — Пошел прочь, говорю! Вон, вон!
— Да ты чего? Ты обещала же! — перепугался тот, пулей вылетая в коридор. Убедившись, что этот гад вне комнаты, я захлопнула дверь и провернула несколько замков, еще и розовую щеколду защелкнула, после чего, прикусив ногти, осторожненько повернулась к зеркалу.
— Ненавижу местных богов! — в сердцах прошептала, убедившись, что отражение не плод моей больной фантазии.
Я коснулась пальцами лба… аккуратного носика… алых губ. Темные волосы каскадом спадали на плечи, уложенные в мудреную прическу, в ушах сверкали дорогие серьги. Уй, правда она!
— За что-о?! — вцепилась я в волосы, вне себя от горя.
Почему ее-то?! Я еще помнила, сколько натерпелась из-за этой девушки и ее свиты, молчу про то, что их стараниями меня чуть не изнасиловали в библиотеке. И вот нате здравствуйте, из зеркала на меня смотрела Лайза собственной персоной и хлопала голубыми невинными глазками!
Я царапнула по зеркалу, с затаенной надеждой, что оно смилостивится, но нет! Лайза наморщила носик и обиженно поджала губки.
— Это просто подлость, Триединый! — пискнула я ее голосом. Ууу, а мне еще жить в этом теле! И она что — нет, серьезно! — спит с Ларсом?!
Ладно. Вдохнули-выдохнули и посмотрели с другой стороны. Лайза студентка, богатая, яркая, местная звезда… и главное — никто не знает, что я в ней! Постепенно события прошлого вечера прояснялись. Я вспомнила все, от архидемона до удара о стену. Первое и главное — выяснить в порядке ли Санниа.
И еще… метка. Я осмотрела руки и ноги, даже открытую спину… Неужели обошлось без меток? Правда? Впрочем…
Я было обрадовалась, но тут вспомнила, что метки всегда появлялись на разных местах и чаще всего неприличных. Я приспустила рубашку, в которой спала Лайза, до ложбинки…
И еще немного…
И еще…
Эмм, еще ниже?
— Да вы издеваетесь! — ужаснулась я, когда рубашка открыла всю грудь.
У Лайзы оная, в отличие от Саннии, была неплохого такого размера. И… ээээ… вышло-то красиво. Змея, что увивается вокруг… ну-у… самой выпуклой части, наверное, сошла бы за пикантную тату, но…
Какого черта она там?!
— О господи, — я поставила руки на столик и склонила головушку. Серьёзно?! Блин! Неловко как!
Так. Держимся от Ариана подальше. И от Лиона. И от Гретки! Вообще ото всех! Никуда не пойду, запрусь тут и буду покрываться пылью! Ничто и никогда не заставит меня выйти! Хватит с меня шайнов, демонов и приключений, запрусь здесь и все тут!
— Лайзик? — Дверь дернулась и тонкий голосок жалобно протянул. — Лайзик, Ларсик жалуется, что его выгнали! Ты передумала с ним, да?
— Да! — рявкнула я. — Болею я! Заразно! Кхе-кхе!
— О, дорогая! Он все равно займется этой девчонкой, не переживай! Говорит, потом заплатим… у него к Саннии свои счеты.
