Виктория послушно встала, и они направились в большую каюту-ресторан. Официанты очень быстро, в мгновение ока, накрыли им стол. Музыканты со своими саксофонами проследовали сюда же.
Стол располагался у окна и когда они садились, по стеклу забарабанили капли - стремительно, настойчиво.
- Не хочешь потанцевать? - предложил Александр.
Виктория пожала плечами.
- Отчего же не хочу? Давай потанцуем.
Саксофоны выдавали какую-то чарующую спокойную мелодию, отчего тянуло на романтический лад.
Виктория обвила руками его шею, он обнял ее за талию. В голову пришло, что лучше бы поскорее уйти отсюда, пока она себя контролирует и не наделала глупостей. Первый раз в жизни она почувствовала, что может потерять голову. В этих руках было так хорошо, что это пугало ее.
- Ты случайно еще не влюбилась в меня? - насмешливо спросил Александр, вглядываясь ей в глаза.
- Еще чего! И не мечтай. Ты все портишь, когда только открываешь свой рот.
- Ты тоже. Говорить нам нельзя.
- Так давай помолчим..., - медленно растягивая слова, сказала Виктория.
- Давай...
Его объятия стали крепче, пространство между ними все уменьшалось. Нечего отрицать, что между ними прошла какая-то искра - их тянуло друг к другу как магнитом. Может, они и не могли найти общий язык на словах, но взаимное притяжение опровергнуть было нельзя. Сквозь насмешливый блеск в его глазах, она различала в них что-то такое, отчего замирало сердце.
Под звуки удивительного саксофона и шум дождя за окном - он вдруг притянул ее к себе и поцеловал. Поцелуй был осторожный, неспешный, нежный, но в то же время настойчивый. Виктория на секунду забыла, где она находится - на теплоходе, в облаках ли, сложно было понять. Земля из-под ног упорно куда-то бежала, а поцелуй все длился, а теплые сильные руки все не отпускали.
Виктория открыла глаза. Он смотрел на нее серьезно, пытаясь как можно внимательнее вглядеться в глубины ее души через глаза. Не понятно, что он хотел там прочитать и прочитал ли, но руки его вдруг разомкнулись, так что Виктория пошатнулась. Он быстро поддержал ее за руку, чему-то ухмыляясь про себя.
- Отвези меня домой, - попросила она, не чувствуя под собой ног.
- Конечно, поехали.
По дороге домой она все размышляла. Получиться ли у нее все-таки влюбить его в себя и не попасть в свою же паутину самой? Это было рискованно, но она не привыкла отступать. Да и что может быть интересней и захватывающей опасной игры, которая угрожает и тебе самой? Все равно, что ходить босиком по лезвию ножа. Это была бы весьма яркая победа. Но вместе с тем, не принесет ли она ей самой погибель и боль? Когда влюбляешься, становишься слишком уязвимым. Тогда легче всего принести себе страдания и боль. Нет, она не влюбится первой, а только влюбит в себя его. Но почему-то ей казалось, что это был человек, который раз по-настоящему полюбив - не разлюбит уже никогда. Именно поэтому он так чрезвычайно осторожен и не влюбчив по натуре. Этим-то и усложнялась ее задача. Но впереди целое лето, которое нужно чем-то занять, и нужно сделать все возможное, что бы подольше задержать его в Питере. Чем больше у нее будет времени, тем больше шансов на успех.
Но следующие три дня Александр даже не звонил, отчего Виктория пребывала в недоумении и растерянности. Зато беспрестанно названивал Сереженька, но он-то ей уже был неинтересен и его назойливость только раздражала.
Все мысли были заняты противным типом. Что бы ей и не звонили мужчины, да еще после такого вечера? Немыслимо! Вышло так, что вместо того, чтобы самой завладеть его мыслями, она сама грузилась по полной программе. Как же так? Неужели она теряет хватку? Да не может такого быть! Что за игру он с ней затеял? Не может быть, что бы такую же, как и она?! Ее самоуверенность вновь незаметно пошатнулась.
Что бы немного развлечься, Виктория прошла в кабинет к папочке. На днях она собиралась лететь в Милан с Кристиной и нужно было обсудить с ним сумму, которую он выделит ей на шоппинг. Машину ее уже отремонтировали, никто ничего так и не узнал, и можно было требовать денег побольше.
Но в кабинете ее ждал неприятный сюрприз. Папочка был не один, а в компании партнера по бизнесу - надоедливого Дмитрия. Последний при виде ее вскочил и принялся болтать всякую банальную льстивую чепуху. Виктории пришлось терпеливо выслушать всю эту ахинею, не подавая виду, как ей на самом деле противно все это слушать и вообще его видеть.
Она заметила, как папочка нахмурился, наблюдая за Дмитрием. Что-то его возмутило в нем, и Виктория обрадовалась, что его сейчас наверняка выдворят из кабинета.
