Она открыла дверь, и они очутились в просторной комнате, отделанной в розовых и малиновых тонах мрамором. Интерьер ванной был оформлен во всех оттенках розового цвета, красиво и стильно между собою сочетающихся и искусно, почти незаметно переходящих из одного оттенка в другой. Посреди комнаты стояла массивная розовая ванна-джакузи. В тон ей были подобраны душевая кабина, унитаз, а также огромные зеркала, висящие над мраморными тумбочками с умывальниками того же цвета.
- Действительно гламурно, - медленно проговорил Александр. - Но это полный кошмар и безвкусица. Терпеть не могу этот цвет. Ты хоть бы меня спросила.
Виктория надулась.
- Опять ты за свое! Все тебе не нравится. Ты это специально что ли? Чтобы разозлить меня?
- Да просто все это чересчур. Ты что кукла Барби?
- Между прочим розовый - это цвет богатства и шика, - надменно сказала Виктория. - Что бы ты понимал вообще!
Затем весело добавила:
- Кстати, я ведь устраиваю на днях вечеринку в честь новоселья. Всем уже разослала приглашения. Вход на вечеринку - розовый дресс-код. Так что придется тебе все-таки нарядиться в нелюбимый цвет.
- И быть похожим на клоуна или Элтона Джона? Еще чего! Играйся в свой дресс-код сама, милая.
Он быстро вышел вон из комнаты. Виктория последовала за ним.
Они снова были в золотистой спальне.
- Ты что же - отказываешься? - с раздражением спросила она.
- Вот именно. Молодец, поняла все правильно. Я не собираюсь выставлять себя на посмешище, играя в твои детские игры с маскарадом.
Виктория хотела было высказать все, что у нее накипело, но муж ее перебил:
- И кого же ты пригласила на вечеринку, я могу узнать?
- Не беспокойся - ты входишь в список гостей.
- Покорнейше благодарю, - иронично проговорил он и театрально поклонился. - И все же?
- Всех, в том числе, и бывших знакомых. Кстати, Дмитрию я тоже послала приглашение.
- Ты что спятила? - не выдержал Александр. - Зачем это нужно? Неужели ты намерена устроить никому не нужный скандал? Все равно этим ничего не докажешь. Только зря опозоришься.
Темные глаза Александра яростно засверкали.
Виктория лишь пожала плечами.
- Ничего я не стану устраивать. Напротив, буду сама любезность. Нужно заставить его поверить, что я обо всем забыла. Пусть расслабится и потеряет бдительность.
- Неужели ты сможешь себя пересилить? Это же двуличие.
- Да проще простого. Общение с людьми само по себе всегда двуличие. Никто и никогда не говорит по-настоящему в лицо то, что думает.
Александр сузил глаза и как-то странно на нее посмотрел.
- Мне ты тоже никогда не говоришь то, что думаешь на самом деле? Я тебе нужен только как денежный мешок для всей этой цирковой мишуры? - с какой-то досадой в голосе сказал он, обводя взглядом огромную, роскошную спальню с высоченными лепными потолками. - В какие игры ты снова играешь, а?
Глаза его страшно засверкали. Виктория даже испугалась.
- Да что на тебя нашло? - осторожно спросила она.
- Ты так и не сказала до сих пор, что любишь меня. Неужели только используешь для своих целей? Скажи прямо, хватит с меня двуличия!
Виктория молча смотрела на него. В гневе он был особо привлекателен.
- Ну же, говори! - настаивал он, хватая ее за обнаженный локоть.
- Отпусти меня! - закричала она, вырываясь. - Ты что совсем сдурел?
- Все ясно, - медленно проговорил он.
Глаза его мгновенно потухли. Он отпустил ее.
Виктории стало не по себе. Что она может сказать ему? Она и сама не знала точно, любовь ли это - то, что он она к нему чувствовала. Эти слова просто не шли у нее из уст, она никак не отваживалась сказать их вслух. Она привыкла слышать их в свой адрес, а вот сама признаваться в любви как-то не умела, не научилась и ранее вообще не считала нужным овладевать данным умением.
Виктория попыталась разрядить обстановку.
- Я тебе еще не показала свою гардеробную. Она просто прелесть! Я наняла женщину, что бы она следила за вещами и убирала там. Ты не против, я надеюсь?
- Делай, что хочешь, - равнодушно ответил Александр и направился к выходу.
Через несколько минут он вернулся с какой-то картиной в руках.
- Это тебе подарок. Повесишь в спальне. Как раз в золотистых тонах.
Виктория взяла картину. На ней была изображена влюбленная пара в золотисто-цветочном ореоле. Пестрые округлые элементы преобладали везде. На картине темноволосый мужчина обхватил руками голову рыжеволосой женщины, развернув ее к себе так, чтобы поцеловать в щеку. Оба стояли на коленях. Картина была очень красивой и романтичной. Виктория на минуту залюбовалась.
Затем подняла глаза на мужа и спросила:
- Что это за картина?
Александр как-то презрительно на нее посмотрел.
- Это “Поцелуй” Густава Климта, - сказал он. - Репродукция конечно. Живопись в стиле модерн, но, скорее всего, и это тебе ни о чем не говорит. Весьма прискорбный факт, исходя из того, что ты вечно похваляешься своим английским образованием. Я так и знал, что ты ничуть не разбираешься в искусстве, как и большинство подобных тебе пафосных и самовлюбленных девиц, возомнивших себя королевами.
