Тем временем, пока она демонстративно и по-королевски выходила из машины, мужчина наглым оценивающим взглядом окинул ее фигуру, одетую в белоснежный, под цвет ее машины, ажурный гипюровый сарафанчик от Кельвина Кляйна, обтягивающий верхнюю часть тела и спускавшийся воздушными складками, укороченными спереди, открывая тем самым ее изумительные ноги, на которых оценивающий взгляд задержался, провожая всю их длину до самых коричневых босоножек на высоченной шпильке.
- По-моему, вам вообще не следует садиться за руль, как бы невинных людей не поубивали, - сказал он, все так же насмешливо на нее поглядывая и слегка улыбаясь. - Сейчас я гаишников вызову.
Он непохожести ситуации на другие Виктория занервничала. Этого еще ей не хватало! Только прилетела домой и уже проблемы.
- Каких еще гаишников? Не надо никого! - поспешно заговорила она. - И вообще, может, это вы сами виноваты в аварии!
У него поползла вверх бровь.
- Я? - удивился он.
- Ну да, вы! Чего не ехали вовремя?
Он рассмеялся.
- Забавно. Кто-то явно хочет остаться без прав.
Викторию передернуло.
- Слушайте, давайте лучше договоримся. К чему поднимать шумиху? Я вам денег заплачу за ремонт и дело с концом. Сколько нужно?
Но мужчина продолжал издеваться, пронизывая ее взглядом очень темных иронических глаз. Теперь в его взгляде появилось раздражение.
- Зачем мне ваши деньги? У меня их достаточно у самого, - как-то презрительно проговорил он. - К тому же страховка все покроет. Просто хочу обезопасить от вас других людей - обычных пешеходов и бедных водителей. Вы совершенно не смотрели на дорогу и не следили за движением, очевидно занятые своей внешностью. Но дорога это вам не салон красоты! Это здоровье, жизнь и безопасность людей! А если бы вы кого-нибудь сбили? Чью-то мать или отца, а , может, ребенка? Это серьезные вещи.
Виктория разозлилась и была готова защищаться. Не нужны ей чужие нравоучения! Какое занудство!
- Но ведь я никого не сбила! Хватит выдумывать и делать из мухи слона, - раздраженно заметила она и высокомерно прибавила: - И вообще, какое вам дело? Скажите сколько нужно денег, я вам заплачу и до свидания. Чего голову мне морочите? Мне неприятно здесь с вами разговаривать и вообще я спешу.
Мужчина только рассмеялся.
- Действительно. Что толку говорить с избалованной деньгами, глупой, не знающей реальной жизни, девочкой, с детства привыкшей все свои мелочные проблемы решать с помощью папочкиных денег. Что тут жизнь других людей, когда собственный комфорт ценится превыше всего.
Виктория задохнулась от возмущения. Никто и никогда не смел с ней так разговаривать! Да что он себе позволяет - этот выскочка, корчащий из себя умника и святого, кто он вообще такой и откуда взялся, что бы ее учить и оскорблять?!
- Да пошел ты... к черту! - гневно крикнула она ему в лицо, села обратно в машину, со злостью хлопнув дверью под его смеющимся взглядом, и поехала прочь, не оборачиваясь.
Что за противный, наглый субъект! Ничего она не избалованная и тем более не глупая! Да, к его сведению, она в Лондоне учится и знает пять иностранных языков. И совсем не всегда решает свои проблемы за папочкины деньги. А разве что иногда. Но она же не виновата, что родилась в богатой семье и у нее есть эти деньги. Да пошел он, в общем, куда подальше, она не станет о нем думать даже минуту!
Она позвонила Кристине. Но настроение бесследно куда-то пропало, Виктория была раздражена обидой и подруга это заметила.
- Чего злая такая? - весело спросила она.
- Да по дороге в салон красоты наехала на Мазерати.
- Ого! Опять что ли? Ну ты даешь! А кто у нас за рулем был, симпатичный? - любопытничала Кристина.
- Нет, отвратительный и бесцеремонный тип!
- Неужели? Что-то не верится.
- А ты поверь. Более грубого субъекта в жизни своей не видела.
- Так ты ему машину такую покалечила, любой мужик разозлится. И что же - он тебя просто так отпустил или ты ему денег отвалила?
- Денег он не взял. Но давай больше не будем о нем говорить!
- Почему? Старый и страшный что ли?
- Да просто не хочу. Нет, даже наоборот. Впрочем, я не разглядела.
- Не разглядела она. Надо бы разглядеть, если на Мазерати.
Виктория хмыкнула.
- Да у меня получше в Лондоне были.
- Окей, поняла. Давно прилетела?
- Вчера.
- А куда сейчас, в салон? Может, ко мне приедешь? На дом кого-нибудь вызовем. Поболтаем. Так давно не виделись!
- Конечно, сейчас буду. И давай отключаться, а то я опять в кого-нибудь въеду.
- Давай, жду тебя, - сказала подруга после короткого смешка и положила трубку.
Через полчаса Виктория подъехала к шикарному большому дому из красного кирпича и башенками по бокам, так похожему на ее собственный. Навстречу ей выпорхнула эффектная ухоженная блондинка. Виктория обняла и поцеловала подругу.
- Кельвин Кляйн? - спросила Кристина, оглядывая ее наряд.
Кристина была дочерью известного банкира-продюсера и третьесортной по таланту певицы, выходцев из Санкт-Петербурга, но ради шоу-бизнеса большую часть времени проживающих в Москве. Но по музыкальным стопам она не пошла и теперь училась на дизайнера в Нью-Йорке. Помешательство на моде и стиле было ее жизнью.
