– Ни за что! Лучше удавлюсь.
Фразы эти Арина произнесла громко, с напором, будто спорила с невидимкой, а не стояла перед «зеброй», ожидая сигнала светофора. Народ справа и слева косился на нее, наверняка думая: еще одну выпустили из психушки, не долечив. От неловкости она сдвинула брови, окунула нос в пушистый шарф и, едва вспыхнул зеленый огонек, ринулась на другую сторону улицы.
Нехорошо получилось. Выплеснула негативные эмоции прямо на улице. А все из-за Марка. Со вчерашнего вечера он не позвонил ни разу. Ну, поссорились, ну, может быть, она была не совсем права, но он тоже показал себя не с лучшей стороны: взял и ушел. И ни звука. А Марк – мужчина. Сие звание обязывает быть снисходительным и великодушным, а он предпочел выдерживать характер. На носу, между прочим, Новый год. Он хочет оставить ее одну? Ей, что ли, звонить первой?
Только ее внутренний монолог достиг апогея, как вдруг Арина поймала себя на том, что вторично открыла рот и чуть было не выкрикнула: «Ни за что!» Сдержав порыв, для чего пришлось остановиться, она пару раз вдохнула морозной свежести и огляделась. Ах, да! Ей же надо в супермаркет. Только свернула к дверям под праздничными вывесками, как за спиной услышала:
– Аринка!
Она резко затормозила… Нет, это не Марк. А хотелось, чтобы он. Услышав вторично свое несовременное имя, Арина обернулась и раскрыла глаза от удивления – к ней бежал…
– Антошка?!
Улыбка появилась сама собой, глаза заискрились, как новогодние огни, и лицо осветилось радостью. Как же не радоваться, когда школьная любовь, давно прошедшая, но оставившая чистый след в памяти, несется на тебя, хватает, обнимает, кружит, громко смеясь? Повиснув на его шее, Арина жмурилась, чтобы не закружилась голова. А из прохожих никого не удивляла бурная встреча, ведь в канун Нового года всякое случается. В это время каждый человек ждет чего-то невозможного, но вдруг, как по взмаху волшебной палочки, осуществимого – без всяких усилий.
– У, какой ты стала! – сказал Антон. Правда, при этом было непонятно: похвалил он или выразил сочувствие. – Еле узнал.
– Ты тоже изменился, – рассмеялась она, стряхивая с его волос сухие крупинки снега. – Мужик! Ей-богу, мужик. А был хиленьким, невзрачным, непропорциональным, с голосом сломанного саксофона.
– Есть время? Может, кофейку выпьем?
– Согласна. Не виделись же сто лет!
– Двенадцать, – уточнил он, беря ее под руку. – С выпускного. Идем, место знаю, тут недалеко… там готовят отличный капучино.
Да, напротив нее сидел мужчина, который мало был похож на школьного друга, носившего ее портфель и занимавшегося с ней бесплатным репетиторством по математике. Антон окреп, похорошел, хотя для парня это не совсем удачное слово, тем не менее в лице его появилась жесткость, что делает мужчину именно мужчиной. А шевелюра русых волос осталась прежней – непокорной и густой. Ожидая, когда принесут заказ, Арина достала мобильник, но нет – она не пропустила звонок. Его, звонка, все не было… Подперев кулаком подбородок, она слушала Антона, стараясь освободиться от мыслей о Марке.
– Из нашего дружного класса осталось всего ничего, остальные кто где. Все переженились по сто раз, столько же раз успели развестись. Кроме Ольки, она застряла в старых девах.
– Странно, самая красивая была, – вставила Арина.
– Почему была? Она и есть. Помимо красоты, Аринка, нужно еще иметь огонек внутри, чтоб притягивал, а Оля холодная, как дамасская сталь. Ты-то где пропадала? Ни разу не захотела встретиться со старыми друзьями, а ведь приезжала в город, я слышал.
– Дня на два, мама от себя не отпускала, – оправдывалась Арина. – Я училась, Антоша. На хирурга учатся долго и упорно. Потом ординатура, потом устроилась здесь, привыкала. Я так мечтала лечить одноклассников, а вы все не болеете. Замуж меня тоже не берут… Да, а как Боб, Зайчонок, Милка?
– Зайчонок – жена моя, родила сына. Боб… Слушай, ты где встречаешь Новый год? Небось традиционно: с мамой и папой?
– Не определилась, – неуверенно произнесла Арина, потому что с Марком должна была встречать, а он… негодяй!
– Тогда приглашаю тебя к Бобу! – сказал он. – Там увидишь нашу компашку.
– Как-то неудобно… – попробовала возразить она.
– О каком неудобстве идет речь! – воскликнул Антон, едва не смахнув чашку со стола. Он и раньше отличался необузданным темпераментом. – Даже не думай! Приходи, посмотришь, как весело мы проводим время благодаря Бобу, в котором погибли великий режиссер и актер, вместе взятые. На Восьмое марта разыграли сцены из средневековой жизни, на его день рождения дом и сад наполнились привидениями, а прошлый Новый год боролись с коварным алхимиком и его фокусами.
– Поняла, Боб устраивает маскарад.
– Не совсем. Это надо увидеть собственными глазами. Прилетай, будет прикольно. Водку пить всю ночь скучно, Боб придумал развлечения, и как их сооружает! Он классный изобретатель, в прямом смысле слова. Адрес сейчас напишу…
