— Носи гребни не снимая. Во-первых, камни в них содержат личный телепорт. Разработка маленькой королевы. Во-вторых, это еще одна «подсказка» нашему врагу — мора Вирстим старательно не заметит твоих украшений. Но, самое главное, пообещай, что не будешь заниматься спасательными работами. Если что-то случиться — телепортируйся. Хватай Тирну и исчезайте. Не вздумай тратить телепорт на меня. Обещаешь?
Грета ласково провела ладонью по груди Ала, искренне позавидовала сама себе — такой мужчина достался — и уклончиво ответила:
— От ситуации зависит.
— Пойми, маленькая, это даже логично — я очень, очень много прожил. Я был готов к смерти и, что самое главное, моя жизнь без тебя не имеет смысла. А вот ты без меня сможешь. Ты сильная. Отплачешь и воспрянешь.
— Как ты это делаешь? Вот только что все было как в мечтах и раз! Лицом об грязную землю, — резко отвернувшись, Грета пошла к дверям. — Я обещаю, что не стану спасать тебя, если…
— Без «если».
— Если, — с нажимом повторила Грета, — увижу, что ты справишься и сам. Финли, Дикки, давайте-ка посмотрим, что у нас в комнате делается.
Алистер не позволил ей уйти просто так. Легко догнав жену, он подхватил ее руку и устроил у себя на локте
— Провожу, — улыбнулся он. — Я ведь так и не сказал, куда конкретно тебе не стоит лезть. На ближайшую неделю под запретом все, что ниже первого этажа и все, что выше третьего. А так же личная половина Их Величеств. Чтобы там ни происходило — все это часть идеального плана.
— Который сейчас может услышать кто-угодно, — вскинула бровь Грета, — мы идем по коридору, где уши не торчат только из-под ковра. И то, потому что тут мрамор.
— Я держу надежный щит, — улыбнулся дерр Ферхара. — Ты ничего не хочешь у меня узнать?
— Как этот мальчик, Лен?
— Под наблюдением врачей и боевых магов. Мы не можем быть полностью уверены в его лояльности, — серьезно ответил Ал. — Но если быть честным, то дело не столько в неуверенности… Я не могу определить, кто он. Первый анализ показал, что вы единоутробные брат и сестра. Повторный, а подобные ритуалы рекомендовано проводить трижды, показал, что вы дальние родственники. А третий ритуал показал, что вы вообще не родственники. Похоже, что Хикара ставил над мальчиком эксперименты.
— И он сменил одну лабораторию на другую? — уточнила Грета.
— Я его вовремя кормлю, у него есть своя комната в целительском крыле и доступ к библиотеке, — оскорбился Алистер, после чего жестко добавил, — я не могу дать гарантию, что этот ребенок не сойдет с ума. И не начнет выжигать мозги всем встречным-поперечным только из-за того, что они счастливее него.
— Я могу его навестить?
— Да. Только меня предупреждай.
До комнат Греты и Тирны они дошли как-то слишком быстро. И вновь на пути им не попалось ни единого придворного.
— А ты что думала, — рассмеялся некромант в ответ на удивление жены, — тут уже появилась новая должность — звонарь. Он предупреждает всех о пути следования дорфа. Гарри так впечатлилась глупостью своих придворных, что лично донесла до каждого всю степень опасности этих магических зверей. При этом в канцелярии уже больше сотни прошений о выделении такого зверя «для охраны поместий и угодий, с коих налог в казну платиться».
— Даже не знаю, что сказать по этому поводу, — выдохнула Грета.
— Я уже все сказал, — Ал прижал ее к себе, — я богат. Мы спасем Гарри и, если не договоримся, уйдем. Мир велик, а моя сокровищница полна до краев. Отдыхай. Завтра ты должна втянуться в привычно-отборные дни.
Грета открыла дверь, пропустила Финли и Дикки, затем обняла мужа и шепнула ему на ухо:
— Я люблю тебя. Сильно-сильно.
После чего скользнула в комнату и захлопнула перед Алистером дверь. Жизнь налаживается.
«Наверное, это тоже часть налаженной жизни», подумала Грета, читая записку на двери Тирны:
«Поругались, помирились. Я поплакала, покушала и сплю. Не буди».
— А я почитаю, — решила Грета.
Остаток дня и она, и стая, и Финли только и делали, что ленились. Но со сном мора Ферхара мужественно боролась, потому как не хватало окончательно спутать день с ночью.
«Хотя тогда я стану образцовой женой для некроманта — днем буду спать, а по ночам творить черную волшбу», посмеивалась она, но продолжала бороться с дремотой.
Тирна же из комнаты так и не вышла. Финли была отправлена проверить, все ли в порядке с эйтой Краст. Уже через минуту лиса доложила:
«Сильно пахнет смесью успокоительного с сонным зельем. Приняла сама. Нос опух, под глазами расплылась краска с ресниц. Спит и улыбается».
— Какой интересный был диалог, — восхитилась Грета. — Так и тянет разбудить.
«А если из вредности ничего не расскажет?», тут же возмутилась Финли. «Нет уж, лучше потерпеть».
До завтрака подруги пошептаться не успели. Тирна только обмолвилась, что «все стало ясно» и скрылась в своей комнате — нервничая, она умудрилась оторвать с форменного платья пару крошечных, фальшивых пуговок. Финли недовольно фыркнула и извинилась перед Гретой:
«Ты была права, надо было будить».
После чего вредная лисица клацнула зубами в сторону Дикки, который сделал довольно неосмотрительное замечание:
