— Не знаю, кто-то из окружения короля Болдуина Первого. Я его ни разу не видел его лица, но он точно высокородный.
— Почему должны были убить ребенка, а не его мать или отца?
— Не знаю, Зетр, подробности заказа мне должны были сообщить только после того, как я найду готовых на это дело убийц, но предполагаю для того, чтобы осчастливленный отец пришел в ярость. Зря я вообще ввязался в это дело, но у меня не было другого выхода. Я решил предложить этот заказ мэтру и хотел о нем узнать побольше. Много про него ходит всяких историй, кто знает, какие из них правдивы.
— Почему ты не обратился ко мне напрямую? Зачем такие сложности?
— Я хорошо тебя знаю, Зетр, ты бы отказался даже передавать предложение о подобном заказе мэтру. Мне нужна была, помимо всего прочего, личная встреча с ним. Она не состоялась. Я честно сказал этому высокородному, что не нашел убийц. А он только презрительно фыркнул и велел мне убираться. Я думал, что меня сразу отправят на плаху, но ничего не произошло.
— Он работал сразу по нескольким направлениям, этот высокородный. Умный, гаденыш, — задумчиво сказала Ерана. — Как говорит Влад: «не складывай все фаберже в один сапог». Ты говорил правду, Спокойный. Жук, исполни свое обещание.
М-да, я снова любовался своей новой татуировкой и кольцом на правой руке. Я уже нихрена не понимаю, на Барос мне срочно нужно, на Барос! Разъяренная оскорблениями в адрес своей подруги Эллина начала проводить дознание в самом лучшем стиле гестапо, Штирлицу такое и не снилось, повезло ему. Да, такой возмущенной я ее давно не видел, наверняка она увидела в оборотне черноту. Вервольф заскулил сразу после нескольких секунд жесткого, вру, жесточайшего допроса. А потом в срочном порядке оборудованную камеру решил зайти еще и Четвертый, наверняка ему кто-то сообщил об изменяющей номеру в это время женушке. В четыре руки и две головы беседа с подследственным вервольфом у разумников превратилась в черт знает что. Каюсь, там и еще мои две ноги в сапогах со стальными вставками изредка присутствовали. А почему я был должен скучать? Отец Арны в покушении на собственную полностью отвергнутую им дочь совершенно не замешан. Герцог Латрин эл Картно демонстративно не уделял никакого внимания своему блудному непослушному ребенку. Только есть одна проблема, как только он узнал о судьбе волчиц, о том, что случилось с ними в погани, о спасении Арны командой гнева, о попытке ее убийства святошами, то его близкому окружению пришлось на некоторое время утихомирить разъяренного непонятно чем папашу волчицы, моего очередного тестя. Что им этого стоило, я даже не могу себе представить. Латрин даже морду попытался удачно набить своему совершенно ни к чему непричастному клирику из ордена Слуг Создателя. А все средства массовой информации. Да на журавль нужно этих папарацци отправлять! Потом герцог слегка успокоился и продолжал демонстративно не следить за судьбой своей дочери. Правда, постоянно требовал как можно быстрее доставлять к себе новые кристаллы всяких там «Королевских вестников» и судорожно их пролистывать, наверняка ждал столь радостного для себя срочного сообщения о смерти мастера-охотника Арны Черной. А затем почему-то все его окружение вообще заподозрило герцога в черт знает чем. Даже слухи пошли среди оборотней, что Латрин специально дал не совсем верные сведения, когда объявлял о начале охоты родом Черных Волков на Арну, когда лично отдал сведения о предполагаемом месте нахождения своей единственной дочери ее будущим убийцам, потенциальным убийцам своего единственного ребенка. И почему они, волки позорные, так решили, герцог ведь совсем суровый и полностью не склонный к сентиментальности вервольф? А в последнее время мой тесть стал особенно интересоваться совершенно неинтересными ему новостями из пограничья. А что делать, ему ведь совершенно нечем заняться после смерти своей жены при родах Арны?