Масонские биографии полностью

К моменту вступления Кроули в Орден Золотой Зари в 1898 г. Уэсткотт уже целый год «воздерживался от работ как в Первом, так и во Втором Орденах», по официальной версии, из-за давления на него со стороны Министерства внутренних дел. Также Уэсткотт был утомлен все усиливавшейся диктатурой со стороны своего коллеги брата Самуэля Лидделла Мазерса, члена Societas Rosicruciana in Anglia, своей «правой руки» в деле создания Ордена Золотой Зари и единственного создателя «розенкрейцерского» и «внутреннего» Второго Ордена – «Ordo Rosae Rubeae et Aureae Crucis». Кроули лично встретился с Уэсткоттом только один раз, 17 апреля 1900 г.,302 в то время как с Мазерсом он виделся часто и очень уважал в нем способного мага и ученого.

Вряд ли кого-то удивит тот факт, что, когда лондонские адепты в начале 1990 г. открыто выступили против Мазерса, Кроули немедленно бросился ему на помощь. Мазерс, являя чудный пример масонской верности, продолжил в частных беседах порицать Уэсткотта за предполагаемую подделку переписки с немецкими адептами, на основании которой, собственно, и было учреждено общество Золотой Зари. Кроули был направлен в Лондон в качестве посланника Мазерса, и там в ходе разбирательств в связи с предполагаемой подделкой переписки начали подниматься на поверхность все доселе скрытые внутренние обстоятельства создания Ордена. Для Кроули все это закончилось «битвой на Блайт-роуд» в апреле 1900 г., когда Золотая Заря оказалась замешана в полицейском разбирательстве о драке за обладание регалиями и убранством орденского Храма. Кроули и не думал, что его участие в расколе Ордена Золотой Зари и последующие усилия, имеющие целью заставить Уэсткотта публично «покаяться» в фальсификации документов основания организации, вызовут к нему такую ненависть со стороны друзей и коллег Уэсткотта, что в особенности сказалось на его положении, когда он попытался урегулировать свое положение в Англии как масон.

По совету двоих неназванных членов Ордена Золотой Зари, с которыми он встретился у Мазерса в Париже, Кроули в конце июня 1900 г. отправился морем в Мехико. Вполне вероятно, что эти двое обеспечили его рекомендательными письмами к дону Хесусу Медине, потомку великого герцога – прославленного организатора Армады, а также одному из высших руководителей масонства Шотландского устава.

Поскольку мои познания в кабалистике уже были весьма глубоки, по современным меркам, он счел меня достойным высшего посвящения, которое было в его власти дать; в моем скромном присутствии были обретены особые силы, и меня быстро протолкнули наверх и приняли в тридцать третий и последний градус до того, как я выехал из страны. (The Confessions of Aleister Crowley, 1969, pp. 202—203).

«Верховный Великий Совет тридцать третьего и пр., а также всего мира, основанный герцогом Медина-Сидония, командором Непобедимой Армады»303 был, по словам бр. Джона Хэмилла, «малочисленным иррегулярным объединением», и дарование Кроули 33-го градуса герцогом Медина-Сидония в Мехико не придавало первому никакого регулярного масонского статуса. Если даже Медина-Сидония и выдал Кроули какие-то документы, среди множества томов бумаг Кроули от них до сих пор не найдено даже следов; мои усилия по розыску архивов Медины-Сидонии в Мехико так и не принесли плодов. Предполагаемая связь Золотой Зари с Мединой-Сидонией, однако, вполне вероятна, поскольку последний разделял увлечение Кроули ритуальной магией; вместе они работали над созданием нового ордена – «Светильника Незримого Света» – где первосвященником был дон Хесус. После отъезда из Мехико в апреле 1901 г. Кроули больше не поддерживал связь с герцогом Медина-Сидония. Кандидат явно не был впечатлен произошедшим; о посвящении в 33-й градус Кроули пишет, что «оно не добавило ничего важного к моим знаниям о Мистериях; но я услышал, что масонство есть вселенское братство и ожидал, что теперь меня с распростертыми объятьями примут братья во всем мире» (Crowley, Confessions, p. 695). Естественно, это подготовило Кроули к первому в длинной серии шоков, которые были суждены ему в тех областях, которые касались масонского признания.

Вскоре после посвящения в Мексике Кроули начал обсуждать вопросы масонства с «одним разорившимся игроком или ипподромным лотерейщиком», который отказал ему в признании на основании различий в рукопожатии. Кроули описывал свою реакцию как «безмерное презрение ко всему этому маскараду». Но будучи опытным шахматистом-любителем, к тому же планирующим пойти по дипломатической линии, он решил добиться своего и испробовал для обретения положения в регулярном масонстве еще один гамбит, пока жил в Париже в 1904 г. 29 июня 1904 г. он подал прошение о приеме в Англо-саксонскую Ложу №343, работавшую по патенту, выданному в 1899 г. Великой Ложей Франции – организацией, не признаваемой Объединенной Великой Ложей Англии.