Масоны: Рожденные в крови полностью

Оставим в стороне тот факт, что если Сатана вообще способен сотворить чудо, то зажечь костерок для своих верных слуг ему не составило бы труда. Лучше обратимся к истории. Сами древние евреи вовсе не считали соперника Яхве дьяволом. Они просто старались опорочить его, называя властелином ничтожеств — «повелителем мух» (по-древнееврейски — Ba'al-zbub). Тысячу лет спустя какие-то рьяные христиане решили, что любой соперник Иеговы не может не быть дьяволом, и объявили имя Вельзевул — искаженное Ba'al-zbub одним из имен Сатаны. Вся эта история изобилует чудовищными натяжками и домыслами. И мы не найдем в ней ни малейшего доказательства того, что в масонстве было принято поклонение дьяволу, тем более что гипотеза о происхождении имени «Яхвалон» от имен «Яхве», «Ваал» и «Осирис» — не более чем предположение. Что означает это имя на самом деле, никто не знает. Неизвестно и то, как оно произносилось изначально: за многие поколения изустной передачи оно могло исказиться до неузнаваемости. К примеру, мне встречалось три варианта его последнего слога: «он», «ом» и «ун». Может быть, когда-то этот слог произносили как «ам»? Если да, то почему бы не предположить, что он обозначал имя Бога, открытое израильтянам: «Я есмь (сущий)»[5]? И если первоначально это имя звучало как «Яхваалам», то оно могло быть составлено из трех имен еврейского Бога («ваал» по-древнееврейски также означает «Господь»). Я вовсе не настаиваю на этой гипотезе. Я лишь хочу указать на возможность иных толкований и обосновать свои сомнения в справедливости интерпретации, отстаиваемой г-ном Найтом. Но автор «Братства», по-видимому, не испытывал никаких сомнений. «Если масоны, даже не являвшиеся христианами, вполне терпимо относились к Христу, — пишет он, — то почему бы им столь же терпимо не относиться к дьяволу? И даже если для большинства новичков дьявол был неприемлем, в общей системе он не мог не играть определенной роли».

Итак, перед нами вырисовывается типичная схема «сфабрикованной тайны» масонства (или любой другой организации), представленной не ради анализа, а ради уничтожения. Автор «Братства» не ограничивается мнимым дьяволопоклонством масонов. В другой главе, названной «Итальянский кризис», г-н Найт пишет об участии банка, принадлежащего лично папе римскому, в величайшей финансовой афере XX в. — грандиозном скандале вокруг Ватикана, толки о котором не стихли по сей день. Однако в книге Стивена Найта нет даже намека на то, что в этом скандале замешана Церковь. У него вся эта история именуется «масонским заговором».

Повод к такой характеристике дала бывшая масонская ложа «Открытая пропаганда», или Р2, — исследовательская организация, основанная как филиал итальянской ложи «Великий Восток». В 1975 г. Великим Магистром Р2 был избран итальянский фашист Лицио Джелли, а на следующий год итальянский «Великий Восток» официально отмежевался от Р2 и распорядился о приостановке ее деятельности. Таким образом, Р2 прекратила свое существование в качестве масонской организации. Но Джелли и его приспешники продолжали использовать инфраструктуру Р2 в собственных целях. В конце концов им удалось создать целую сеть тайных обществ, объединившую в себе многих влиятельных итальянских политиков, банкиров и издателей. Все это делалось в обстановке совершенной секретности и вне контактов с какой бы то ни было масонской организацией.

Вскоре после исключения Р2 из числа официальных масонских организаций Джелли втянул в свою игру Микеле Синдону — главного финансового советника Ватикана. Затем, в 1977 г., Синдона завербовал Роберто Кальви, директора миланского «Банка Амброзиано». Папский банк был одним из главных акционеров «Банка Амброзиано». При Муссолини всякий, кто хотел взять кредит в этом миланском банке или даже просто вложить в него деньги, должен был сперва доказать свою принадлежность к Римско-католической церкви. Кальви задействовал самую ценную из своих связей — связь с «Институтом религиозной деятельности» (Institute per lо Ореге di Religione, IOR). Это финансовое учреждение часто по ошибке называют «Ватиканским банком». IOR принадлежит не городу-государству Ватикану, а лично папе римскому. Как явствует из его названия, функция этого института заключается в приеме депозитов от католических организаций и физических лиц и в выдаче — по номинальным ставкам на выгодных для дебитора условиях — кредитов на строительство католических школ, церквей и детских приютов во всем мире. В период, когда разразился скандал, и до 1989 г. IOR находился под управлением архиепископа Пола Марцинкуса, уроженца Иллинойса, давнего друга и бывшего телохранителя папы Иоанна Павла II.