— Вся Цитадель обследована, доктор, — спокойно ответил Хакетт, — мы не смогли найти их, но учитывая повреждения станции, их тела могут быть где угодно.
Пытаясь подавить эмоции, девушка тихо сказала, едва сдерживая подступившие слезы:
— Значит мы сдаемся...
— Мне очень жаль, доктор Т`Сони, но боюсь при сложившихся обстоятельствах шансов нет, — Хакетт по-отечески положил руку ей на плечо, понимая, что она сейчас чувствует.
Остальные наблюдали, боясь даже вздохнуть, не то, чтобы вмешаться. Наконец, Лиара взяла себя в руки и молча направилась прочь. Гаррус тут же поспешил за ней, не желая оставлять ее одну в такой момент. Проводив взглядом грустную азари, Хакетт обратился к команде:
— Нам удалось уже кое-что восстановить, мы предоставим вам крышу над головой и еду, конечно, не курорты Иллиума, но думаю, на первое время это подойдет. Офицеры направят вас, — кивнул адмирал в сторону сопровождающих его солдат. — Можете идти. Аленко, с вами мне нужно поговорить, задержитесь ненадолго.
Кивнув, Кайден отошел в сторону, тогда как экипаж отправился с солдатами в свои новые “апартаменты”.
— Лиара, постой, — окликнул Гаррус, догоняя девушку.
— Чего тебе? — резковато ответила та.
— Просто подумал, что тебе не помешает друг, — спокойным голосом сказал турианец.
— Не думаю, — отрезала Т’Сони, не сбавляя шага.
— Стой! — Гаррус осторожно схватил ее за руку и остановил. — Я знаю, как тебе тяжело, она была и моим другом тоже...
— Ничего ты не знаешь, — вскрикнула азари, вырывая свою руку, но хватка турианца была крепкой.
— Поверь мне, я знаю, что такое терять любимых, — глядя ей в глаза своим вкрадчивым голосом почти прошептал Вакариан, — твоя жизнь останавливается, но мир вокруг тебя продолжает двигаться, однажды сможешь и ты.
— Но... — попыталась возразить Лиара, едва сдерживая слезы.
— Все будет хорошо, давай вернемся, — прошептал Гаррус, обнимая вздрагивающую от всхлипов азари.
Разместили их в простеньких бараках, сколоченных на скорую руку. Хорошо, что сейчас было лето, иначе они бы вряд ли пережили холода, Лиара читала о суровых земных зимах, по сравнению с некоторыми районами этой планеты, Новерия была райским уголком.
В один из одиноких вечеров азари читала книгу про детей-сироток, когда в дверь постучали, и, не дожидаясь ответа, почти сразу же вошел адмирал Хакетт.
— Добрый вечер, доктор Т`Сони, — поприветствовал он ее сдержанным кивком.
— Добрый, — удивленная столь неожиданным визитом ответила та.
— Я не буду юлить, потому что не умею, поэтому скажу прямо, мы решили устроить официальные похороны Шепард и Андерсону, — выпалил адмирал. — Они — герои и заслуживают этого.
— Эм... хорошо, — растерянно проговорила Лиара, теребя страничку книги.
— Я просто хотел сообщить вам об этом лично, доктор.
— Спасибо, адмирал. Когда это будет?
— Через три дня, нам еще нужно подготовить церемонию, — с этими словами Хакетт направился к двери, но обернулся, прежде чем выйти. — Мы разошлем об этом известии везде, где есть связь, галактика должна знать своих героев.
Адмирал вышел, а Лиара попыталась продолжить чтение книги, но трясущиеся руки и мысли, разбегающиеся словно тараканы в разные стороны, не давали ей сосредоточиться. С одной стороны, она хотела, чтобы Шепард достойно похоронили, как героя, но с другой — это означало, наконец, принять неизбежное. К такому шагу азари еще не была готова. Она достала жетоны, которые Шепард отдала ей перед последней миссией и надела их. Похоже, настало время все-таки попытаться принять неизбежное. Свернувшись в клубочек, девушка забралась под одеяло и быстро уснула.
Для планеты, которая находилась в упадке после войны, антураж был очень шикарен. Большое количество цветов, два больших голографических экрана, изображавших адмирала Андерсона и коммандера Шепард с винтовками, словно на буклете призыва юных новобранцев. Все было прекрасно, если бы не два гроба, портящих всю картину. За ними возвышалась немаленькая стена, запечатлевшая имена погибших в войне, которая регулярно пополнялась.
Вокруг собралось просто невероятное количество народу. Среди них были не только люди, но и турианцы, саларианцы, азари и прочие расы, воевавшие против Жнецов в попытке отбить Землю. Все они собрались, чтобы почтить память героев, которые отдали жизни, ради спасения галактики.
Экипаж “Нормандии” стоял неподалеку от “гроба Шепард”, в котором ее не было.
Оглядев толпу, адмирал Хакетт начал:
