— Да будет вам расстраиваться… — попытался успокоить полковник, — им многое неведомо. Наезжают сюда из столичных кабинетов как на экскурсию, да еще «подарки» раздают!.. Лучше бы с техникой помогли или, на худой случай — с топливом для нее…
— Имеется в таких приездах и рациональное зерно, — вздохнул пожилой собеседник. — По крайней мере, узнали из уст начальства последние данные нашей разведки…
А последние данные были отнюдь неутешительны. Современная тактика сепаратистов по вербовке добровольцев в боевые соединения существенно расширяла их возможности. Помимо уже давно и успешно работающих агентов на Украине, в Прибалтике, в странах Ближнего Востока и северной Африки, теперь штабом незаконных вооруженных формирований немалое внимание уделялось чеченской молодежи в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет. Последние годы войны в Чечне, особенно в горных ее районах, практически не велись занятия в общеобразовательных учреждениях, и обучением подрастающего поколения занимались местные муллы и шейхи, преподававшие в основном религиозные каноны, да арабский язык. Они-то и закладывали камешек за камешком в фундамент нового витка экстремизма — фанатичную веру подростков в самые радикальные и воинствующие ветви ислама…
— В одном замминистра абсолютно прав, — очнулся от созерцания скучной картины за окном автомобиля генерал. — База по подготовке резерва как действовала, так и действует по сей день. И террористы-смертники расползаются по стране именно оттуда.
— Да… Эта угроза посерьезнее исламских боевых групп, — подтвердил Сергей Аркадьевич. — Помните, сколько они нам попортили нервов в первой чеченской компании?
— Те, что набирались сплошь из малолеток?
— Совершенно верно. Десять-пятнадцать пацанов в каждой группе под руководством одного опытного моджахеда проходили «курс молодого бойца»: подрывное дело, снайперская подготовка, ориентирование на местности… Спустя же пару месяцев из учебной группы получался небольшой, боеспособный и мобильный партизанский отряд.
— Было дело… — пробурчал Бондарь и с досадой добавил: — а сейчас эти хитрецы сделали упор на молодых баб. Изучают с ними Коран, а потом подсовывают вместо книги автомат или этот как его?..
— Пояс шахида.
— Вот-вот! Идет такая, в своей чудненькой одежонке, а под юбкой поясок с пластидом… И представь, какова будет реакция старейшин с духовенством, отдай мы приказ останавливать всех девок на улицах и обыскивать! Это ж опять форменный скандал, всенародное возмущение и, как следствие — цепочка жестких ответных акций.
Сосед с пониманием кивнул и вспомнил, как двумя часами ранее заместитель министра безжалостно критиковал генерала за бездействие, а точнее за неспособность уничтожить рассадник терроризма. Причем Бондарю не помогали и вполне логичные, разумные доводы. На все следовал примерно одинаковый ответ: «Вы должны в кратчайший срок ликвидировать верхнее — основополагающее звено в подготовке шахидов!
— Мы уничтожим кого и когда угодно, — спокойно молвил тогда командир оперативного соединения, — но мне в таком случае требуется ваша санкция на пересечение границы сопредельного государства.
— Такую санкцию вам никто не даст, — отрезал тот, — ни я, ни министр, ни председатель правительства, ни президент. А если вы разучились думать и проявлять инициативу, пишите рапорт и отдыхайте. Вы заслужили свой отдых…»
— Интересно, кто стал приемником Шахабова после его смерти?.. — обращаясь то ли к полковнику, то ли к самому себе, спросил генерал-майор.
— У нас пока нет исчерпывающих данных. Последние полгода учебно-тренировочный отряд не меняет места дислокации и не наведывается на нашу территорию. Границу в обоих направлениях пересекают только небольшие группы, численностью до тридцати человек…
— Что и требовалось доказать, — проворчал Бондарь, — у твоей службы имеется гарантия, что среди них нет смертников, и что не они потом взрывали себя вместе с нашими гражданами?
— Нет, конечно…
— То-то же.
— Самое скверное, что с религиозными фанатиками невозможен торг, позволяющий в других ситуациях, с «нормальными» террористами выиграть время, — подтвердил его опасения контрразведчик. Слова вылетели сами собой, о чем, взглянув на мрачное лицо офицера в годах, он тут же пожалел — эти заумные рассуждения только подливали масла в огонь…
— Эх-х!.. Выдернуть бы этот больной зуб к чертовой матери!.. — не желая смириться с тяжкими обстоятельствами, зло проговорил боевой генерал. — Придется поговорить с Леонидычем. Попросить сформировать группу из его ребят, усилить подмосковным спецназом, да отправить на юг, якобы для уничтожения остатков какой-нибудь банды…
Догадавшись о затее руководителя опергруппы, Сергей Аркадьевич удивленно воззрился на него.
