А вот о Квинн Толк не упомянул. Потому что в этот самый момент она карабкалась на развалюху справа от Фина, не подозревая, что ее жертва прекрасно ее видит.
– У быка нет рук, идиот, – вздохнул Фин. – А ваше представление уже начинает утомлять.
И с этими словами швырнул огрызок яблока Толку в лицо. Тощий замешкался, обескураженный его неожиданным маневром, а Фин развернулся, готовясь отразить атаку Квинн. Он ожидал удара кинжалом, топором, молотком – день и ночь следя за бандитами, он заметил, что это оружие у них в ходу, – но Квинн прыгнула на него, размахивая руками в тяжелых перчатках, которые заканчивались не пальцами, а железными загнутыми гвоздями, не уступающими по размеру медвежьим когтям.
«Текко-каги, – удивился про себя Фин, уворачиваясь. – Ну надо же».
Квинн снова напала на него, и он отступил в сторону, так что женщина оказалась между ним и Толком. Квинн в третий раз бросилась в атаку, но на сей раз Фин уворачиваться не стал. Он перехватил ее запястье, нырнул под нее и, подняв миниатюрную женщину в воздух, крутанулся на месте. Ее свободная рука в текко-каги полоснула по воздуху, едва не задев Толка. Тот чертыхнулся, отпрыгнул назад и попытался зайти к Фину с другой стороны. Но Фин перебросил Квинн через плечо, та врезалась в Толка, и оба распластались на земле.
– Теперь вы все работаете на меня, – спокойно заявил Фин, который даже не запыхался. – Считайте свой договор с Рыбаком расторгнутым.
– Черта с два, – прорычала Поли, выставив багор перед собой. – Я выпотрошу тебя, как рыбу, сопляк. Думаешь, можешь безнаказанно кидать мне кирпичи на голову? Разбежался!
Фин наклонился к Рыбаку и вытащил из складок его туники маленький кошелек. Взвесив мешочек с монетами на ладони, Фин бросил его Сиджу:
– Как делите добычу?
– По правилу четвертей, – ответил Сидж. Сунув дубину под тунику, он с жадностью и недоверием воззрился на кошелек. – Нам – четверть, Рыбаку – три. Он говорит, часть выручки уходит Гильдии – чтобы никто нам работать не мешал.
– Это что-то новенькое, – усмехнулся Фин. – И кому вы платите? Городским стражникам? Гильдии воров?
– В этом городе настоящая власть только у одной гильдии – работорговцев, – сказала Поли, опуская багор.
– Ты что – не местный? – прищурилась Квинн.
– Уж кто бы говорил. Ты где их взяла? – Фин жестом показал на текко-каги. – Сама сделала? Или украла?
Женщина зашипела, как кошка. Черные волосы упали на лицо, закрыв его наполовину.
– Точно не местный, – гоготнул Толк и хлопнул Квинн по плечу. – Ты что, в Ямах никогда не бывал? – Он окинул Фина насмешливым взглядом. – Там бойцам такие дают, чтоб смотрелись солидно.
– Только пользоваться ими никто не умеет, – прошептала Квинн.
– А ты, значит, умеешь?
Квинн, прижав когтистые руки к груди, кивнула.
Несколько мгновений Фин наблюдал за четверкой, прикидывая, собираются они снова нападать или нет, а потом произнес:
– Твое имя Кин-Чи, но все зовут тебя Квинн. Сдается мне, ты крозеранка. Вон, и с текко-каги обращаться умеешь. Тебя сюда привезли как рабыню?
Женщина ничего не ответила, но опустила руки по швам.
– А ты – Форд Сиджмэн, – продолжил Фин. – Он же Сидж, он же Сигс. А ты кем был, пока не попал в банду к Рыбаку? Уж не пекарем ли?
Сидж усмехнулся:
– Мы с Поли работали в доках. Но я и вправду недурно печь умею. Ты пробовал пиццу? – Тут его ухмылка стала еще шире. – Это дартерийское блюдо. Пальчики оближешь!
– Так испеки как-нибудь – попробую.
– Запросто. Только с тебя – приличная печка, мука и все остальное. И тогда я их тебе хоть десяток напеку.
– А «дартерийская» – это какая?
– Это значит «дарито-терранская», – пояснил Толк и, ткнув себя большим пальцем в грудь, добавил: – Вот я – дартериец. Давид Сануэза. Все зовут меня Толк.
– Я так понимаю, это прозвище дал тебе Рыбак, потому что ты толковый парень.
Толк пожал плечами:
– Не дурак, это точно. Сколько ты уже за нами следишь? И зачем?
– Слежу достаточно долго. Затем что хочу стать вашим главарем.
Бандиты переглянулись между собой, кто-то покосился на Рыбака, который уже начал приходить в себя. Сидж задумчиво взвесил в руке пухлый мешочек.
– С чего ты взял, что мы согласимся? – Он изучающе осмотрел вооруженного с ног до головы Фина. – Знатная экипировка, да вот только на вид ты вдвое младше Рыбака будешь.
– Мне двадцать, – солгал Фин. – А если этому сорок – ему давно пора найти себе работенку поспокойнее.
– Убейте его, – прокашлял Рыбак, опершись на локти. – Хватит лясы точить, убейте сволочонка!
– Они, конечно, могут попытаться. – Фин даже не обернулся на предводителя разбойников. – Но есть еще один вариант: что, если я расскажу им, где ты прячешь деньги, которые якобы отдаешь Гильдии?
Поли нахмурилась и крепче сжала свой багор.
– Рыбак, что он говорит?
– Да врет он все! – Рыбак поднялся на ноги, выхватил из-под полы куртки громадный нож и, размахивая им перед собой, крикнул: – Всю бухгалтерию ведет Нэлдон, вы сами знаете! Он подтвердит, что я со всеми поступаю по совести!
