Мастер дверей полностью

– Ой, а этого я еще не видывала! – воскликнула внезапно появившаяся Ника. И когда она успела выйти из трансформации? Белый комбинезон чуть светился. – Это свет от фонариков отражается. Так специально! Пока летала – «зарядилась», – пояснила она.

Ника бросилась совсем в другую сторону. Поодаль я разглядела огромный темный навес. Под ним что-то громоздилось, но понять, что именно, было невозможно.

Мы с Руби тоже подошли.

– Посвети-ка, техно! Тут тоже должно быть электричество. Наверное.

– Откуда у вас вообще электричество?

– Ветряки же!

Ника показала в сторону непонятной светящейся штуки, которую я заметила вначале. Теперь было ясно: это столб, на конце которого – вертушка.

– Ветряная электростанция? Здорово! – похвалил Руби и обратился к темноте под навесом: – Включись!

Ничего не произошло.

– Значит, сюда еще не провели, – разочарованно протянула Ника. – Так мы ничего не узнаем.

– Может, все-таки пойдем к техно, если они в палатке? Не зря же мы лезли на такую верхотуру? – начала терять терпение я.

– Ну пошли, – нехотя согласилась наша экскурсовод. – Заглянем в окна для начала. Вдруг кто из наших еще там.

Мы направились к дому у горы. К счастью, под ногами расстилалась трава, а не камни и передвигаться было гораздо приятнее. Вот и «палатка». А и в самом деле очень похоже на палатку: окно не стеклянное, а из мягкого прозрачного материала. Мы втроем прильнули к нему. Видно было так себе, но я все-таки разглядела высокого русоволосого парня. За ухом у него… я даже вздрогнула. Но нет, это был не мыслешунт, а всего лишь карандаш. Видимо, он тоже увидел нас, потому что тут же принялся открывать окно. Мы с Руби испугались и метнулись в сторону.

– Кто тут? – спросил парень, высунув голову. – Ника, ты, что ли? А чего так поздно?

– Да вовсе и не поздно, полдесятого, наверное. Я гостей привела. Только они шарахаются. Где все-то?

– Ромик спит уже, а дядя Андрей пошел на электростанцию договариваться насчет проводов. Завтра тянуть будем.

– Это туда, что ли? – Ника махнула в сторону навеса.

– Точно. Заводи свою мелюзгу. Только тихо, Ромика не будите.

И голова исчезла.

– Почему он назвал нас мелюзгой? – нахмурился Руби.

– Да он вас вообще не видел, – прыснула Ника. – Это я в прошлый раз птенчиков приводила. Пошли!

Она решительно двинулась в сторону входа. Дверь открылась навстречу, и мы один за другим переступили порог домика-палатки.

Внутри освещение было достаточно ярким, даже ярче, чем лампочки в «Зеленом углу». И хозяин дома, вернее, один из них, тот самый высокий парень, встречал нас. Он был не в орланской и не в искинской одежде, а в самом обычном свитере и джинсах. И карандаш из-за уха уже убрал.

– Насекомое? – вдруг спросил он удивленно. – Это ты?

– Димка?!

Понятно, почему я не узнала его сразу! Это был наш Димка, из интерната, Славкин друг, пропавший больше полугода назад. Тот самый, который сделал зеленую змейку! Он исчез сразу после Нового года, в январе, а сейчас середина сентября. Прошло восемь месяцев. И как же он за это время вымахал!

Мы кинулись обниматься. Я повисла на нем, таком огромном, не выдержала и завизжала от восторга. А он обнял меня и закружил.

– Здорово, что и ты тут! А это кто такой?

Я отлепилась от Димки.

– Да это же мой брат, Алеша! Я нашла его! Ну, только теперь его зовут Руби.

– Здорово! – повторил Димка. – Ты всегда говорила, что у тебя есть брат, но все думали, что это басни.

– А вот и не басни! Он знаешь какой?!

– Э, братва! Давайте потише, а?

Из-за перегородки высунулась сонная физиономия еще одного парня – всклокоченные волосы, глаза-щелочки, видно, мы его разбудили.

– Все, Ромик, мы тихо. Больше не будем.

Ромик что-то сердито буркнул и ушел досыпать.

– Что с тобой случилось, где ты был? Ты все это время был на Рока-Алада? – громким шепотом спросила я.

– Нет, конечно. Сюда нас привезли недавно, – вполголоса проговорил Димка, придвигая нам складные стулья.

Мы расселись.

В этой части домика было довольно уютно. Складной стол, заваленный всякой всячиной, – бумагой с рисунками, например. А еще на нем валялись и транспортир, и циркуль, и куча всяких разных линеек.

Кроме складных стульев, в комнатке был еще толстый надувной матрас с разостланным на нем спальным мешком. На полу – пестрый коврик.

– А вы правда похожи, – завертел головой Димка, рассматривая то Руби, то меня. – И волосы, и глаза. И брови тонкие. Только у тебя, Насекомое, нос прямой, а не курносый, как у братца. Но зато – рот до ушей!

Он беззвучно засмеялся и тихонько ткнул меня в плечо. Я совсем не обиделась – знаю, что рот до ушей, мне же все в интернате это говорили! И от этого стало так хорошо-хорошо, как будто я опять дома.

– Так вот. Меня тогда схватили охранники мэра прямо на улице, я чихнуть не успел. Запихнули на паром и отправили на Центральный остров. А оттуда сразу на самолет – и на материк.

– На Центральном есть самолеты? Я не видела.

– Большого аэропорта там нет. Только маленький, – вмешался Руби.

– Да. Но все равно летать мне очень понравилось. И как же я был рад, когда на материке меня отправили в школу, где обещали научить делать самолеты!