Жак закапывался всё глубже и глубже и, найдя в могиле останки колдуна, стал грызть: ведь инстинкт не обманешь. Хотя пёс и не ел никогда кости, но это показалось ему забавным делом. Когда клон Виоллы стала отнимать у собаки кость, она увидела, что там что-то светится. Это был тот самый амулет. Девочка показала костью в руке на светящийся огонёк и дала понять, что они нашли то, что искали. Клон Виоллы запрыгнула внутрь раскопанного захоронения, вынула наружу этот амулет, подбежала к сонному мальчику и надела амулет ему на шею. Но увы – ничего не произошло: он как спал, так и спал. Тогда свеча заговорила:
– Это бесполезно. Мы никогда его теперь не разбудим. Он уснул надолго в этом городе Эффигиа…
Но клоны Эли и Виолы не сдавались. Достав спички из сумки, клон разжёг костёр из травы, и когда трава разгорелась, они бросили в неё амулет и стали его нагревать. Когда трава прогорела, клон костью от призрака растормошил пепел, вынул амулет и накинул его на шею мальчика. Энжел Фрит Кроун выкрикнул:
– Что ты делаешь с амулетом? Ведь он мне принадлежит! Но его никто не послушал.
Эли взвизгнул от боли, и у него на шее слегка остыл горячий амулет.
И тут мальчик проснулся в больничной палате. Его сон закончился, но грудь его горела, а след от ожога давал ему жуткую боль.
К нему подошла Агния и сказала:
–-Ты так долго спал, и мы решили тебя не будить. Вот жалко, что ты пирог так и не попробовал: он зачерствел у тебя на тумбочке.
– Что со мной?
– С тобой всё в порядке, – сказала она ему вслух, после чего добавила, – анализы в норме, и у тебя редкая группа крови с необычным изменением, в ходе которого мы не смогли выяснить, на что это смогло повлиять. А что это у тебя на шее и на груди? Малыш, ты что – обжегся? От чая, что ли?
– Я ничего не знаю. Мне что-то приснилось, а что – вспоминаю с трудом.
– Да, точно, это сильный ожог. Тебе нужно срочно помазать его мазью.
И только она прикоснулась к маленьким язвочкам Эли, как он хлюпнул носом и, засвистев через зубы небольшим потоком воздуха, дал знать: не делай так, мне больно. Медсестра произнесла:
– Потерпи немножко, я всё почти намазала. Полежи, не вставай, я сейчас приду, – и она ушла за ваткой, которой уже потом намазывала ему мазь. Прикоснувшись к телу пациента, она увидела, что ожог был необычным: в виде какого-то определённого рисунка.
– Что это такое? Вижу первый раз на практике. Мальчик тоже удивился, осмотрев себя.
– Такого ощущения я ещё не испытывал.
– Но на самом деле это был его путь, в котором есть выбор. В палату зашёл пастух Митрофан и сказал:
– Я сегодня последний день здесь, а завтра меня будут выписывать.
– Мальчик сказал:
– Жалко, я буду скучать.
– Да, неприятно, конечно, а что поделаешь? Но я тебя буду навещать. Да, кстати, что у тебя на шее и груди замазано?
– Ой, я даже и не знаю. Мальчик сказал медсестре:
– А можно я выйду во двор и там немного погуляю?
– Да, можно, только одевайся теплее.
Он оделся: ведь за окном была хмурая погода, – после чего они все вышли на улицу и увидели, что через какое-то время пошёл дождь, и лишь слегка просматривалось солнышко. Воздух был чистым и свежим, и были разговоры мужиков. Несмотря на такую погоду, мальчик был так счастлив, что улыбка у него была неотразима. Его радовали даже влажные цветы: они же росли здесь, во дворе лазарета. Поднялся лёгкий ветерок и потормошил их.
Митрофан посмотрел вдаль и вспомнил, каким он был несколько дней назад. Он вспомнил, как стегал лошадей, и понял, что он не лошадей стегал, а сам себя. Больше на барина он обиды не держал, так как барина он понял: что он бы так же поступил на его месте по отношению к нему.
Эли вдохнул воздух, и ему стало приятно, а потом он подошёл к красиво растущим цветам, наклонился, ну а потом сделал вдох носом: тот самый аромат, который одурманил его.
Мальчик сказал:
– М-м-м, отличный денёк! И воздух, и цветочки – всё меня радует.
– Агния сказала:
– Вас всех можно понять: ведь вы на улице не были очень давно и наверняка забыли, как здесь хорошо и красиво.
– Да, нам с Эли не хватало простора, да и лежать тоже надоедает в одном месте и в одиночных палатах.
– Мальчик спросил:
– А бабушка прочитала записку?
– Да, она уже аж прослезилась. Твоя просьба – испечь и передать в лазарет пирог с капустой – была для неё вершиной добра, которое она могла и сделала, и отблагодарила нас. Можешь ещё написать бабушке письмо, но только после прогулки, когда развеешься.
– Эли сказал:
– Что-то мне стало холодно. Пойдёмте внутрь скорее, мне хочется вернуться в свою тёплую постель и почитать книгу.
– Тогда заходим. Вы чай будете? – спросила медсестра.
– Да, можно, чай будем…
Все дружно зашли в помещение, разошлись по своим палатам и стали снимать легкую весеннюю одежду. Агния разнесла по палатам чай и угостила их своими конфетами.
– Спасибо за угощение, – сказал мальчик, а Митрофан добавил:
– Давненько я не пил чай с конфетами.
