К сожалению, лица убийц в памяти не сохранились, и я до сих пор их не нашёл… Но это не главное! В прошлом мире я погиб во время Мировой войны. Тогда я работал на фронт империи и поставлял армии гримуары с боевыми заклинаниями, это была моя секретная разработка.
Я отказался передавать её врагам, за что меня и убили. Правда, убийцы отправились на тот свет вместе со мной. А потом то ли каким-то чудом, то ли по желанию богов, сам ещё не разобрался — я попал в этот мир.
На дворе было начало двадцатого века, и по технологическому прогрессу этот мир сильно уступал моему прошлому, лет на сто. Поэтому сейчас я ехал в карете, а не как привык — в комфортабельном автомобиле.
Карету начало трясти на колдобинах — мы подъезжали к моему поместью, доставшемуся в наследство от отца предшественника. Сам я его не застал…
— Нельзя, что ли, дорогу нормальную проложить, — забухтел кучер, подпрыгивая на козлах, держа одной рукой вожжи, а другой придерживая шляпу на голове.
«Это он ещё не ездил здесь в распутицу», — подумал я. Из-за расположения поместья плевался не он один. Те же водители автомобилей наотрез отказывались ехать в моё имение. Вон оно, кстати. Я увидел в заляпанное грязью окошко кареты свой родовой дом в один этаж. Перекошенные стены, прохудившаяся крыша… Как эта халупа до сих пор стояла — загадка человечества.
— С вас три рубля, мы приехали!
Я вылез из кареты и ловко перепрыгнул через грязевое месиво. Протянул кучеру рубли, тот их взял, но скорчил недовольную физиономию.
— Чтобы вы знали, сударь, в ваши Куршавели я…
— Больше ни ногой и ни за какие деньги? — я улыбнулся кончиками губ, зная наизусть мантру всех водителей и кучеров, кто в первый (и в последний) раз приезжал к моему поместью. Кучер промолчал, взглянул на меня с козел и был таков.
— А-а-а! — сестрёнка при моём виде, визжа, сбежала с крыльца и потопала ко мне, заключая в распростёртые объятия.
— Привет, Анют, — я подхватил её за подмышки и поднял на вытянутых руках, крутанувшись вокруг.
Сестричка заверещала от восторга. Классно быть мелким — ни забот, ни хлопот. Я опустил сестричку на землю и поцеловал в лоб. Всё-таки прикипел я к ней, ведь кроме меня у Анюты не осталось никого.
Очутившись в этом мире, первым делом я отправился в дом своего предшественника. Хотел переодеться, может быть взять что-то ценное и начать новую жизнь. Но сразу встретил её.
Эта девочка обняла меня и поинтересовалась откуда раны. Пришлось соврать, что меня пытались ограбить. Она тогда сильно удивилась, ведь брать у меня совсем нечего.
— Ещё, хочу ещё, братик! — засияла она от удовольствия.
— Позже. Забыла, как у тебя кружится голова?
Аня всегда ждала на крыльце, она хорошо чувствовала меня на расстоянии. И примерно за полчаса до моего приезда выходила из дома со своим любимым плюшевым медвежонком. За время, что был в этом мире в новой шкуре, я успел прикипеть к девчонке, буквально выросшей на моих глазах.
Заслушав отказ, мелкая выпятила губу. Чтобы она не расстраивалась, я дал сестрёнке конфетку и взъерошил волосы.
— Держи. Как и обещал, привёз тебе вкусняшку.
— Анна, никакого сладкого, пока не выучите уроки! — на пороге дома появилась её нянечка Наталья Петровна, старуха самых строгих взглядов.
Я по жизни всегда боялся только бога и дьявола, а оказавшись в новом мире некоторое время назад понял, что бояться надо только нашу нянечку. Старуха воспитывала меня с пелёнок, и, было дело, гоняла веником по двору.
Наталья Петровна была супругой моего управляющего, и это были единственные слуги в моём поместье. Очень добрые и отзывчивые люди, которые оставались со своим барином до конца. Им я не говорил о проблемах, которые у меня возникли с бароном, ни к чему старикам это знать.
Анюта, спроваженная за уроки, побежала в дом.
— Куда вы, Константин Фёдорович, запропастились? Говорили, уедете на час, а уже начинает смеркаться. Обед давно остыл! — Наталья Петровна вдруг внимательно на меня посмотрела, прищурившись, и продолжила уже дрожащим голосом. — Костенька, родненький, у вас опять это… нехорошее — вот здесь.
И она коснулась пальцем своего носа. Я дотронулся до носовой перегородки, посмотрел на руку… вот чёрт! На тыльной стороне ладони осталась тонкая полоска сукровицы. Опять у меня носом шла кровь. Пришлось вытаскивать платок и вытирать это безобразие, а заодно улыбаться, чтобы Наталья Петровна не упала в обморок, как было в прошлый раз.
— Я не голоден. Благодарю, Наталья Петровна, дождусь ужина, — отказался я.
— Самуил Викторович вернулся с завода?
Я пошевелил ноздрями, пряча платок обратно в карман. Самуил Викторович, мой управляющий, с утра должен был наведаться на завод — делать еженедельный обход территории.
— Да вот тож запропастился, Самуилка, — вздохнула старуха и, запричитав, заковыляла к крыльцу. — Простоишь весь день у плиты, наготовишь, а есть никто не ест…
Я, честно говоря, не слушал. Ещё с утра дал Самуилу задание хорошенечко убраться на территории производства. И, судя по тому, что у меня носом пошла кровь, управляющий это не сделал. Точно не сделал.
