Назовем это «наивным восприятием». Это вполне естественно и объясняется уникальными особенностями нашего периода детства, однако здесь кроется и серьезная опасность: наивное восприятие обволакивает нас детскими иллюзиями в отношении окружающих, давая нам искаженное представление о них. Часто мы переносим такое восприятие и во взрослую жизнь, на этап ученичества. А здесь, в рабочей обстановке, ответственность как- то внезапно повышается. Здесь борются не за хорошие отметки и не за признание коллектива, а за выживание. В таких напряженных условиях люди открываются по- новому, обнажаются те черты характеров, которые обычно стараются скрыть. Люди хитрят, манипулируют, противоборствуют, думают прежде всего о себе. Нас ошеломляет подобное поведение, чувства бурлят пуще прежнего, и мы, сами того не подозревая, еще крепче хватаемся за свое наивное восприятие.
Наивное восприятие заставляет нас чувствовать себя уязвимыми и беспомощными. Пытаясь понять, что означают слова или действия окружающих, так или иначе затрагивающие нас, мы постоянно неверно их интерпретируем. Мы приписываем людям собственные мысли и чувства, но не представляем, что же они думают на самом деле или какие мотивы движут их поступками. Это касается отношений с коллегами — мы не понимаем, чему они завидуют или чего хотят добиться своими интригами. Мы пытаемся повлиять на них, исходя при этом из своих представлений и считая, что им нравится то же, что и нам. Мы переносим на наставников и руководителей свои детские фантазии и то беспричинно обожаем их, то замираем от страха, формируя в результате нестабильные, хрупкие отношения. Нам кажется, что мы понимаем людей, а на деле видим деформированную картину, будто через искривленное стекло. В таком состоянии врожденная способность к эмпатии бесполезна.
Мы неизбежно ошибаемся, а значит, ввязываемся в конфликты и неприятности, отнимающие все силы и отвлекающие от учения. Мы не можем верно расставить приоритеты, а в результате придаем преувеличенное значение вопросам взаимоотношений, ведь как раз в них-то мы хуже всего разбираемся. Если мы не отслеживаем эту ситуацию, мы перетаскиваем ее и в следующую фазу своей жизни, на этапе творческой активности, на котором нам приходится общаться и взаимодействовать с окружающими еще больше. На этом уровне подобная некомпетентность может ставить нас в положения неудобные и затруднительные, а подчас и роковые для карьеры. Люди, сохраняющие такое незрелое отношение, едва ли могут удержать успех, достигнутый благодаря их одаренности.
Он требует от нас сосредоточенности особого рода — нужно учиться направлять внимание вовне, а не внутрь себя, отрабатывать наблюдательность и навык эмпатии, свойственные нам от природы. Он означает, что пора отказываться от инфантильного и наивного стремления идеализировать одних людей и демонизировать других, пора начать видеть и принимать их такими, каковы они в действительности. Стоит вырабатывать такой образ мыслей как можно раньше, еще на этапе ученичества. Впрочем, прежде чем мы сумеем воспринять его, сначала необходимо решительно разобраться с собственно наивным восприятием.
Взгляните на историю Бенджамина Франклина — перед нами образец социального интеллекта и ярчайшее доказательство того, сколь важную роль играет он для достижения мастерства. Предпоследний ребенок в огромной семье, Бенджамин с детства умел добиваться своего с помощью обаяния. Став старше, он, как и множество молодых людей, пришел к убеждению, что можно легко поладить со всеми, если обращаться с ними приветливо и дружески. Но, столкнувшись с реальностью, юноша увидел, что обаяние и способности могут стать причиной проблем. Быть хорошим — эта стратегия, неизменно помогавшая ему в детстве, отражала его нарциссизм, любование собой, своим незаурядным умом и острым языком. К окружающим и их нуждам она не имела никакого отношения, не мешая им нападать на Бенджамина и выказывать недоброжелательство. Чтобы стать по-настоящему обаятельным и эффективно взаимодействовать с людьми, необходимо научиться понимать их, а чтобы понять их, вам придется отвлечься от себя и погрузиться в их мир.
