– так мы поэтому и в ресторан не пошли, – вспомнил Федор. – Кате захотелось посидеть вдвоем.
– да не Катя это. Я сегодня к Солодовниковым сходила… Слышь, красотка, знаешь песню «Хорошо, что мы живем на соседней улице-е-е»? – завыла вдруг Маша.
– Маш, может ее рано еще пытать? – спросил Федор. – Не надо петь, это… это сильно… Чего там у Солодовниковых?
– Да ничего, представляешь? – усмехнулась Маша. – Катя их давно живет на севере. Вышла замуж за… кто там? Нанайцы? Эвенки? В общем, за коренного жителя. Очень хороший мужик оказался, у них четверо детей. Никаких ветеринарок Катя не открывала. Зачем ей? Она работает учительницей начальных классов. Сама Катюха к матери почти не приезжает – хозяйство у нее, а вот мать ее – тетя Поля, та ездит частенько. Фотографии мне показала. Если б эта… Как тебя звать?… Как звать говорю?!
– Алиса! – со злобой рявкнула барышня.
– Во! Ха! Федька, классного ты себе электронного помощника нашел! Так вот, если б эта Алиса увидела, какой стала Катька… Короче, у Катьки идеальная фигура – круг! Ха-ха… но человек, в отличии от этой твари, хороший… Кстати, Федь, а чего мужика – то не тащишь?
– А надо сюда притащить? – вздернул брови Федор. – А я его там связал. Сейчас…
Когда Мария увидела мужчину при свете, она округлила глаза:
– Ого себе!! Ни фига!!
– Маша, не матерись!
– Да как не материться, это ж… Федь, я у этого мужика работала! Я к нему окна ходила мыть!
– Какие окна!! – вдруг взвилась женщина, привязанная к стулу. Еще б немного и она бы от злости вырвала руки вместе со спинкой стула, – Ты это Феденьке своему расскажи! Окна! Ты к моему мужу бегала, чтобы похоть свою ублажить!! Любовницей его была! Хотела, чтобы он меня бросил, а к тебе сбежал! Знаешь, что у него денег полно, вот тебе и захотелось мужика лощенного! Сволочь!
Маша даже слова не могла сказать, у нее только ниже и ниже опускалась челюсть.
– Понятно? – смеялся Федор. – А ты мне тут заливаешь про окна какие-то!
– Федь… Я ж даже и… с ума сойти! А я и не знала, что я любовница!
– Вот тебе, Машенька, и мотив, – кивал Сазонов. – Ревность – штука непредсказуемая. Из-за нее Отелло задушил Дездемону, не посмотрел, что она главная героиня Шекспира.
– Офиге-е-еть… – только и могла вымолвить Мария.
Между тем, мужчина даже не шевелился.
– Маша, – обернулся к Марии Федор. – Я тебя сколько раз просил – не надо так сильно! У тебя ж рука, как совковая лопата! А если он…
– Да он же живой, – кивнула на мужчину Маша. – Видишь, нога подрыгивается.
– Так он так может овощем стать! Только и будет нога подрыгиваться!
– Вы что? – бешено переводила взгляд с одного на другого связанная. – Вы шутите так? Вы так шутите?! Или… Боря!! Боря!!!
Мужчина стал понемногу приходить в себя.
– Вот, Маша, как надо мужа любить, – наставлял Федор. – Учись… Ну, дамочка, давайте начнем беседовать. Так вы говорите, что…
В это время во дворе раздался вой полицейской сирены.
– Наши, что ли? – подошел к окну Федор. – А как они узнали?
– Это я им позвонила… – швыркнула носом Мария. – Вообще, я думала, что они раньше подъедут.
– Хорошо, хоть сегодня завились, – усмехнулся Федор.
А в это время в квартиру уже вбегали мужчины в форме.
– Всем стоять! Полиция.
В общем-то, никто стоять и не собирался. Те, кому это было адресовано, стоять просто не могли, а Федор с Марией пропустили приказ мимо ушей.
– И где у вас тут три трупа? – оглядываясь, спросил первый полицейский, вероятно, самый главный. Завидев на полу мужика, который еще не пришел в себя, он кивнул, – Этот что ли? А чего один?
– ну так… ребята, еще б маленько, и могло бы быть трое… И потом… – Маша вздохнула. – Ребятки, ну не приехали бы вы так быстро, если б я сказала, что труп один. До утра бы ждали.
Мужчина повернулся к Марии и заныл, как от зубной боли:
– Мария? Ведрищева? У-у-у-у… ну, что у тебя опять? Опять что-то нарыла? Сазонов, что у нее?
– Она тебе опять показала мастер – класс по поимке преступников, – довольно улыбался Сазонов. – Маньяка нашла. Маньячку. Преступление на почве ревности. Вот, собрался допрашивать, а тут вы.
– Я-я-ясно… Сейчас начнем работать… та-а-ак! Посторонние, очистим помещение! Мария, это я вам!
– Мне-е?!!! – паровозом задышала Мария. От такой несправедливости она готова была усадить этого негодяя в форме рядом с Катькой… или кто она там? Алиса?
– Все – все – все! Покидаем помещение!..Кстати, чья квартира? – интересовался полицейский.
С людьми в форме Алиса вела себя более смиренно.
– Я ее сняла. Сдают посуточно. Мне и надо было – напоить этого и… А там бы я позвонила этой… и она б за ним куда угодно прибежала! Выслала бы фотку ей на телефон.
Маша сидела тихо – тихо, боясь пошевелиться. А вдруг ее не заметят и оставят присутствовать на допросе. Ведь как обидно – все найти, разузнать, поймать преступника, а самой не услышать. Как она признаваться начнет.
– кстати, Маш, – повернулся к Марии Федор. – А как ты меня нашла? Ты за мной следила, что ли? Как?
Мария кивнула ему на карман джинсов:
– Штучка такая есть. Тонька купила Гришке, чтобы тот не потерялся. Но ее можно не только к Гришке цеплять. Ко всем кобелям можно…