«Нет, ну надо же было сформулировать ей свой вопрос именно таким образом и в этой ситуации! – вздохнул я. – Не могла спросить, к примеру, зачем ты это сделал? Или ещё как? Ой… – только тут я заметил опасно сузившиеся глаза демоницы и её явное стремление подойти ко мне поближе, – кажется, кого-то сейчас будут убивать».
Сделав непроизвольный шаг назад, я, вглядываясь во взбешённые глаза Теи и при этом замечая насмешливый взгляд не только Лениавеса, но и остальной мужской части нашей компании, ответил любознательной Лее, так не вовремя повернувшей наш разговор в несколько иное русло:
– Это нужно было для дела. Я хотел окончательно вывести вас из себя. И, как вы помните, это получилось у меня превосходно. – Так я постарался дать своим действиям хоть какое-то оправдание в глазах некоторых, хотя сейчас именно тот случай, когда разум у этих самых некоторых явно отключается. И я отгородился от взбешённой демоницы большим обеденным столом.
– Ну-ка, ну-ка, – тихо произнесла Тея, – с этого места поподробнее. – И будто про себя: – Кажется, выводить из себя разумных у этого таркова хумана прекрасно получается и без разных его выкрутасов и закидонов.
Посмотрев на неё и пытаясь понять, убьют меня сейчас или чуть позже, я решил объяснить мотивы своих поступков наиболее доходчиво.
«Всё-таки я ещё молодой, да и жить мне хочется», – пошутил мысленно я.
Странно, но Эрея практически никак не отреагировала на слова саркалки.
«Или она намного более сдержанная, или гораздо лучше умеет держать себя и свои чувства в узде. Или же всё дело в наследственности. Ведь в Тее может бурлить горячая кровь её отца-демона», – подумал я и так вполне оправданно относительно девушек.
Мои мысли опять начало уносить несколько в иное направление, ведь я постарался представить, что же будет там, в постели.
Не знаю, что было написано в этот момент на моём лице, но Тея внезапно покраснела. И у меня в голове раздался её голос:
«Перестань». После чего она, смущённо спрятав глаза, села на место.
Примерно такое же выражение удивления и смущения я смог увидеть и на лице Теи, но, что странно, оно же было и у Ралии, и у Ней, и Леи.
Сам не знал, как здесь можно провалиться сквозь пол.
«Офигеть!!! – обалдел я от такой новости. – Это я что, свои фантазии всем девушкам в открытую передал?»
Как такое могло произойти, ведь я даже не старался направить свои мысли никому из них конкретно?
«Прости, – раздался голос Мука у меня в сознании, – я подумал, что эти мысли предназначены именно для девушек, и поэтому оттранслировал их только им. Мне легко передавать твои мысли именно им. У вас очень сильная и крепкая родовая связь. Я не знал, что они личные».
«Так вот в чём дело, – понял я. – Мук, на будущее, коль ты настолько плотно засел в моей голове, то пусть мои секреты останутся только моими. А если что-то нужно будет передать остальным, то я или сделаю это сам, или предупрежу и намекну тебе на это и попрошу послужить ретранслятором за меня. Мы поняли друг друга?»
«Да», – коротко ответил тот.
И я перестал ощущать его присутствие в своём сознании: он или временно перестал меня слушать, чего быть не может, или просто перешёл в режим некоего пассивного прослушивания.
«Ну да ладно, – в который раз уже подумал я, – что сделано, то сделано».
Не объяснять же, по сути, ещё ребёнку всю прелесть отношений между мужчиной и женщиной. Его, по ходу, эта тема и не интересовала никогда. Раньше он был ещё слишком мал, а потом мёртв, и ему стало совершенно не до этого. Так что его ошибку понять вполне можно. Да и в своих желаниях нужно быть осторожнее, вдруг сбудутся.
Честно говоря, стыдно мне не было, просто я оказался не готов ни с того ни с сего раскрываться перед ними.
«Ну, в этом, по крайней мере, был один плюс: теперь они понимают, что я чувствую, глядя на них», – мысленно усмехнулся я.
Хотя нет, вон Тея пришла в себя, и, кроме выражений «варвар» и «дикарь», я у неё разобрать ничего не смог.
И я, опять улыбнувшись, оглядел девушек.
«Моё», – просто подумал я, глядя на них, и мне как-то сейчас было совершенно всё равно, что можно было прочесть на моём лице.
Отвлёк меня от этих мыслей внезапно прозвучавший спокойный голос Слонга.
– Так мы услышим ответ на вопрос девушки? – спросил он.
Я хмуро посмотрел на телохранителя, тряхнул головой, сбрасывая ненужные сейчас мысли, и, сосредоточившись на деле, ответил:
– Вывести Нею и Лею из себя мне было необходимо до такой степени, чтобы они начали действовать только на одних рефлексах, вбитых в них многогодичными тренировками и занятиями с наставниками. Мне нужно было, чтобы их разум и способность трезво мыслить на несколько мгновений полностью отключились. Я прекрасно знал, что передо мной сидят прекрасные воины, но при этом эти воины, обладающие двумя существенными недостатками.
