В таких размышлениях, не замечая пробок, я доехал до работы и, пользуясь лифтом, поднялся наверх. В лифте я думал о нашем преступнике, пытаясь сформулировать его мотив. Вспомнил лицо, увиденное на камере — бледное и испуганное, в отличии от грабителя, погибшего от моей руки два года назад, этот тип маньяком не был и никакого удовольствие от содеянного не получил. Да и был ли он на самом деле преступником? Все улики, свидетельствовавшие против него на данный момент, во всяком случае та информация, которой сейчас мы располагаем, это запись, полученная с камеры наблюдения, но что этот человек делал на ней? Забежал в метро, нацепив на голову карнавальную маску и, запрыгнув на лавку, произнес какую-то речь. Слов нет. Но, даже, если бы мы каким-то чудом сумели их восстановить, можно ли на основании этих данных предъявить ему обвинение в умышленном убийстве пятерых человек? Шестерых, — приправил я себя, вспомнив про девчонку-подростка, попавшую под автобус, — шестерых человек…
Войдя в кабинет, я застал Романову и Соколова, услышав обрывок их спора, который с моим приходом окончился и затих. Моя команда времени не теряла и, если я правильно понял предмет их оживленной дискуссии, то спорили они именно о том, о чем я думал, поднимаясь на лифте — преступник на видеозаписи, или нет?
— Есть новости? — спросил я, наливая кофе.
— Их много, но, во-первых, добрый день! — за них двоих ответила Романова, как, впрочем, бывало всегда.
— Тогда начни, пожалуйста, с хороших, — морщась от горячего напитка, попросил я.
— Хороших нет, — ответила Дарья, Вадим, при этом покачал головой. Из его неопределенно-отрицательного жеста делаю вывод, что он скорей не согласился с Романовой, а не ответил так на мой вопрос.
— Тогда выкладывай все по порядку, — делая очередной глоток, прошу я.
— Пришли результаты биопсии профессора, — ровным голосом говорит она, — алкоголь присутствует, но в пределах разумного и никаких следов психотропных веществ.
Я киваю и слушаю дальше, предполагав и раньше такой результат.
— Пятеро погибших на станции метро Купчино, — продолжает Романов, — и то же самое, никаких психотропных веществ. Правда, у одного из погибших в крови обнаружили алкоголь, отметка приближается к смертельно-допустимой дозе.
— И кто же этот счастливчик? — уточняю у Дарьи, а в голове в эту секунду заново проматывается видеофайл, — пари держу, что это бритый в спортивном костюме, — но эту мысль держу при себе.
— Кутепов Эдуард Дмитриевич, на камере он в шляпе и пальто, — поясняет Романова, видя, как у меня вопросительно вскинулись брови.
— Вот уж от кого я точно не ожидал, — произношу я, на этот раз уже голосом, — обманчив, однако, внешний вид.
— И еще одна новость, — продолжает Дарья, — по той фотографии, которую ты вчера разослал. Участковый с Фрунзенского района опознал по фотографии сотрудника с местной заправочной станции, расположенной на улице Будапештская.
— А вот это уже хорошая новость, — в полголоса комментирует сказанное Вадим.
— Не совсем, — на этот раз уже Романова отрицательно качает головой, — я позвонила на заправочную станцию, такого сотрудника у них не было и нет.
— Так он ошибся, этот участковый? — я сбит с толку таким положением дел.
— Не совсем, — поясняет Дарья, — он действительно какое-то время подрабатывал у них на заправочной станции. Пистолеты вставлял и мыл окна в машинах, но не в качестве официального сотрудника.
— Дали парню подработать, — поясняет ее слова Вадим.
— Ему копейка, а заправочной станции бесплатный бонус, — кивает Романова, — но ни адреса, ни телефона… они даже не уверены, что знают, как на самом деле его зовут.
— Вася, подмети полы! Вася, вынеси мусор, — с ехидством, но грустно поясняет Соколов.
И все же на этот раз я соглашаюсь с Вадимом — скорее хорошая новость, нежели нет. Такой контингент, как этот Василий, не станет в описках работы далеко от дома заходить. По крайней мере, теперь мы располагаем информацией о том, в каком районе проживает этот субъект. Даже если его имя не настоящее, можно походить по району с его фотографией, особенно в местных забегаловках, кто-нибудь его наверняка должен узнать.
— Вадим Леонидович, сделай доброе дело! Распечатай штук сто таких фотографий и поезжай к тому участковому в Фрунзенский район. Пусть он весь свой штат поднимает и с фотографией пройдет по дворам. Повышенное внимание уделите винным магазинам, особенно там, где торгуют на розлив.
Соколов кивает и поднимается с места — собачья работа, но и ее кому-то нужно выполнять.
— А ты не радуйся, — говорю я Романовой, — тебе за сегодня нужно сделать отчет. Собери все сведения по профессору Бороздкину и …
— Несчастный случай? — уточняет она.
— Именно так и никак иначе, — отвечаю ей, а сам вспоминаю хитрые глазки Хорька Давидовича и представляю заголовок в газетной статье.
Когда я делегировал полномочия подчиненным, зазвонил мой сотовый телефон. На дисплее вижу высветившийся номер, с этим абонентом я вчера говорил.
— Доброе утро, Михаил Александрович, — говорю нарочито громким голосом так, чтобы услышал стоящий в дверях Вадим.
