Смутные времена Японии XII века. Власть в Поднебесной узурпировал клан воинственных самураев Тайра, повсеместно уничтожая своих врагов – феодалов из рода Минамото. Сенсей Тадамори-но-Ёси втянут в эту смертельную борьбу. Он отважно идет навстречу опасности, защищая свою честь, достоинство и любовь.
Гора Хией к северо-востоку от Киото была укрыта плотным серебристым покрывалом. Белое безмолвие нарушалось только порывами ветра и треском сучьев, ломавшихся под тяжестью снега. Первые лучи богини солнца Аматерасу, отражаясь от обледеневших полей, окрашивали в цвета янтаря и золота края низких облаков. Шел второй месяц 1181 года.
Белая лиса, почти незаметная среди пышных сугробов, пробивала себе путь в их толщах, бегая от странного чудовища, которое, шатаясь, спускалось по крутой дороге со стороны заброшенного кладбища, расположенного на склоне горы. Когда страшилище приблизилось, лиса, сжавшись в комок, разглядела две головы, четыре руки, две ноги, качающиеся в воздухе, и две другие ноги, скользящие по ненадежному льду.
Два человека. Один тащил на себе другого.
Младший брел по дороге, скаля от напряжения зубы, из его открытого рта вырывались облачка пара, Капюшон старшего был откинут. Иней мягко обрисовывал чеканные черты его профиля. Глаза лежащего были закрыты, голова моталась из стороны в сторону. На морщинистом лице лежала печать смерти.
Младший звался Тадамори-но-Йоши. Он был учителем кэндзюцу – профессионалом боя на мечах и несколько часов назад на кладбищенской земле сразился с тем, кого нес теперь, с именитым князем Чикарой. Поединок оказался для Чикары смертельным и чуть было не кончился гибелью самого Йоши.
Со стороны полей раздался чей-то крик, подхваченный эхом, и мастер меча замер, чуть покачиваясь на широко расставленных ногах, Порыв ветра поднял разодранный край его плаща, открыв повязку на бедре. Кровь, просачиваясь сквозь нее, пропитала нижнюю одежду и хакама раненого.
Приподняв залепленные снегом веки, Йоши с трудом взглянул туда, откуда доносился крик: он был слишком обессилен, чтобы двигаться. В ста метрах от него ниже по склону стояла запряженная волами повозка. Сидевший в ней седой мужчина махал руками и громко звал его.
– Йоши, что с тобой? – кричал он, поднося ладони ко рту.
Раненый продолжал глядеть в одну точку, словно ничего не понимая, потом потряс головой, подняв вокруг себя облачко снега, и стал медленно оседать наземь.
Первое, что Йоши ощутил после обморока, были нервные толчки. Он почувствовал, как обитые железом колеса дробят лед. В холодном воздухе каждый выдох превращался в облачко пара, которое быстро уносил ветер, пронизывающий стены повозки. Йоши лежал неподвижно. При каждом повороте колымага наклонялась и огненное лезвие пронзало его бедро. Бредя с кладбища, он не чувствовал боли: мозг отключился от муки повторявшейся с каждым шагом. Теперь, лежа без движения на набитом соломой тюфяке, Йоши вернулся в то состояние бреда или видений, которое испытал после поединка, когда он долгие часы стоял на коленях перед телом Чикары и призраки прошлого боролись за его душу.
Йоши застонал. Чья-то рука легла на его лоб. Он попытался открыть глаза, но не смог. Ум его вновь погрузился в море воспоминаний.
С самого рождения Йоши его жизнь переплелась с жизнью князя Чикары. Это он, сиятельный Чикара, женился на той, что была детской любовью Йоши, – на Нами, дочери одной из сестер владетельного феодала Фумио. Нами бывала каждое лето в гостях у дядюшки в его шоене – поместье в Окитсу, далеко от Киото. Там Йоши провел рядом с ней целое лето, семнадцатое лето своей жизни, и горячо влюбился в девушку.
Тогда Йоши только что закончил трехлетнее обучение в Конфуцианской школе и казался своей четырнадцатилетней кузине образцом светскости. Белая пудра на лице Йоши, черная краска на зубах, шелковые наряды нежных тонов и надушенный веер произвели на нее впечатление. А его очаровали ее изящество, красота и тонкое понимание поэзии.
Они провели чудесное лето первой светлой и наивной любви, обмениваясь признаниями, вникая в сладкую дрожь прикосновений. О своем чувстве они не говорили, но Йоши полагал, что однажды он попросит руки своей кузины.
Через три года Йоши явился в Окитсу образцовым придворным модником – и… очутился на свадьбе Нами и Чикары. Этот брак наполнил его сердце горечью и привел в конце концов к изгнанию Йоши.
Несмотря на свой застенчивый вид, отсутствие бычьей мускулатуры и мягкие манеры, Йоши был храбр. Кроме того, он был ревнив, смел, горяч и стремился использовать любой повод, чтобы оказаться противником мужа Нами.
Йоши оскорбил своего врага и получил от него вызов. Для князя Чикары молодой человек не был серьезным противником. В конце концов Йоши бежал, счастливый уже тем, что остался жив. С этого времени Чикара стал в жизни юноши злой силой, причиной боли и потерь на каждом повороте его судьбы.
Йоши нашел себе прибежище в доме кузнеца – мастера ковки мечей. После четырех лет работы в кузнице изнеженный придворный превратился в молчаливого молодого атлета. Позже Йоши стал учеником знаменитого преподавателя фехтования.
