— Да, они прибыли в Рим, даже останавливались там на три дня. Мы сейчас пытаемся выяснить, зачем.
— Держите меня в курсе. Я был бы рад познакомиться с этим прекрасными религиозными людьми.
— Вы про орден? Да, было бы замечательно. Но что же с отстойником, сеньор Манн?
— Эта проблема копилась годами, сеньор Витторио. Она подождет еще несколько дней. Я в состоянии очистить и сам могильник, и почву вокруг него, но мне действительно срочно нужно в Россию. То же касается и монастыря. Он останется безопасным минимум следующие полгода. У нас будет возможность обсудить, смогу ли я и захочу ли взять на себя его охрану.
— Надеюсь, что захотите! — воскликнул Луи. — Не смею более вас задерживать. Мне пишут, что такси прибудет через полчаса. Вы вполне успеете зарегистрироваться на двухчасовой рейс. Я скину подробности брони и информацию по отелю на ваш телефонный номер. Если у вас или сеньориты Манн возникнут любые вопросы или просьбы, обращайтесь к моему секретарю безо всякого стеснения.
Луи достал карточку адвокатского бюро и написал на ней имя.
— Эта милая дама с удовольствием вам поможет. Даже более того, она ждет звонка от Генри или Анны Манн и страшно расстроится, если ей не доведется оказать вам какую-нибудь услугу.
На этом мы распрощались с Луи. Мне не требовалось время на сборы, но я должен был оставить инструкции Алисе. Я составил для нее программу обучения, вбил в ее хорошенькую голову, насколько важно ее придерживаться, и отбыл в Рим. Дорога на удивление не доставила мне проблем. Отель оказался вполне уютным, а главное — располагался в двух шагах от академии.
На утро я отправился на встречу с образованнейшим сеньором Мануччи. На проходной не сразу поверили, что у меня может быть к нему дело, что странно, я создал себе вполне приличный костюм, и конечно же принял душ. Вряд ли академия изящных искусств жила по протоколу
Я спросил дорогу еще несколько раз, но мало кто соглашался общаться со мной на чужом языке. Наконец я встретил милую девушку, которая проводила меня к заведующему кафедрой. Я представился, Мануччи проворковал что-то, видимо, поблагодарив мою проводницу, а когда мы остались одни, заговорил со мной по-английски.
Заведующий оказался пухлым мужчиной неопределенного возраста от сорока до шестидесяти лет. К моему изумлению, он сохранил воркующие нотки в разговоре со мной. Создавалось впечатление, что это человек флиртует вообще со всеми, кого встретит.
— Мистер Манн, чем я могу быть вам полезен? — спросил он. — Сеньор Виттарио упоминал какой-то эксперимент, но я не очень понял, в чем его суть.
Прежде чем начать просвещать его по поводу своих намерений, я вручил ему бутылку двадцатилетнего односолодового виски, которое купил еще в Америке, чтобы «выразить восхищение фактом нашего знакомства». Я тоже умею ворковать при необходимости. Напиток был принят с благодарностью.
— Все очень просто, сеньор Мануччи! — начал я, наконец, объяснять свои планы. — Я разработал уникальную методику экспресс-обучения языку. Она уже дала реальные и даже обнадеживающие плоды, но я должен продолжать эксперименты. Найдется ли в вашем вузе преподаватель с безупречным знанием итальянского, причем, мне одинаково важны грамматика, словарный запас и произношение. Этот человек должен решиться провести со мной примерно сутки за адекватное вознаграждение.
— О какой сумме идет речь? — поинтересовался Мануччи.
— Два миллиона лир, — ответил я. — Конечно же, я гарантирую безопасность эксперимента, и то что не доставлю проблем этому смельчаку.
— Есть ли пожелания по поводу пола или возраста смельчака? — уточнил заведующий.
— Никаких. Меня волнуют ясность мысли и знание языка.
— В чем суть эксперимента? — спросил Мануччи невинным голосом.
— Это секрет, — ответил я, мысленно расхохотавшись.
— Я бы попробовал вас разговорить, но я слишком уважаю дорогого Луиджи. Я ему так многим обязан. Вы, кстати, не боитесь принимать услугу от такого человека? Они всегда возвращают долги с процентами.
«Ничего себе дядя разоткровенничался», — подумал я, а вслух ответил:
— Не боюсь, поскольку его услуга уже ответная.
Мануччи нервно сглотнул.
— Я абсолютно точно знаю, кто может вам помочь. Милое создание, что привело вас сюда, — Professori Associati, — заведующий замялся на секунду, потом перевел, — доцент, Dottorato di Ricerca, по-английски, доктор философии. Пережила неприятный и разорительный развод, в результате нуждается в средствах. Берегите ее, мистер Манн!
