Возвращать в общее хранилище черную дыру — безумие, я пока не придумал ничего более умного, чем создать для нее собственное. Я смастерил зеркало в мой рост и принялся ритуальным кинжалом, у меня их огромный ассортимент хранится в сумке, вырезать на собственном боку нужные руны. Выращу карман в себе, любимом, больше пока я не могу ничего придумать. Мне очень нужна библиотека на Юпитере! И, конечно, я жажду поговорить с Минервой по душам!
После часа кропотливой и очень даже болезненной работы, я стал как ежик из песни: буду ходить и посвистывать дырочкой в левом боку. Только дырочка слишком черная. На каламбуры меня потянуло от стресса.
Покончив с родовой лихорадкой, я наконец-то смог вернуться в Москву. Слевитировав над лодкой, я ее развеял и перенесся в квартиру Беринга. Я еще не привык считать ее своей, нужно было обжить ее или же продать, осчастливив соседку.
После обнимашек, к которым я начал привыкать, Алиса поставила передо мной вопрос ребром: через три дня Новый Год, а в России — это важный праздник. Я пожал плечами и поскольку не собирался возиться с застольем, то велел ученице разыскать нам дом отдыха в Подмосковье, в котором нас накормят, напоят и развлекут.
Алиса усомнилась, что в такие даты осталось незанятые места, на что я резонно возразил, что любой дефицит решается переплатой, а уж с чем-чем, а с деньгами после итальянских приключений у нас проблем не было.
У Беринга на столе красовался большой и мощный компьютер, я нашел в Сети ссылки на банковские личные кабинеты, и провел ревизию его-моих финансов. Их было небогато и для люксового отеля явно не хватало, но зато у меня кошелек лопался от наличных, так что не позднее, чем завтра, я счета пополню.
Так же я должен был восстановить пластиковые карточки, утерянные при моей первой смерти. Тоже дело техники, проблема только со сроками. Близился праздник, за которым следовали долгие каникулы, в течение которых никто толком не работал. Я хотел уже решить проблему магией, для чего уже продумал несколько методов, но, обшаривая ящики стола, вдруг нашел карту, которую он не носил с собой. Пин-код Беринг помнил, хотя и его я бы узнал, просто сунув карту в банкомат.
Аналогичная проблема возникла с паспортом, который погиб вместе со мной. Но тут как раз пригодилась магия. После ритуала «Вспомнить все» я знал, как выглядел паспорт Беринга. Так что я попросту его воссоздал по сохраненному в памяти образу так же, как, к примеру, еду или одежду.
А вот с Алисой все было сложнее! Американка Элисон Копперленд, она же — Анна Манн, трагически погибла при пожаре в гостинице Мариотт Кортъярд Тверская. В России же моя ученица не существовала. Даже просто создать ей новую личность, изготовить фальшивый паспорт и как-то прописать в базы данных — не выход. То есть технически это не сложно, главное найти местного Беню Блофилда, человека, который в этом разбирается.
Но в отличие от Северо-Американских Штатов Россия — страна феодальная, если я хочу, чтобы Алиса считалась дворянкой, ей следовало стать частью какого-то существующего рода. А ведь я ее объявил родственницей!
Повертев в кипящих мозгах все проблемы, я посадил Алису искать генеалогию семьи Беринг. Пансионат она, кстати, нашла, в нем был свободен люкс, который стоил на нужные даты как, наверное, целый Мариотт.
Алису восхитил тот момент, что отель считался «СПА», то есть создан специально, чтобы ублажать богатых дамочек. Или наоборот — издеваться. Вопрос, как относиться к бесчисленным процедурам, с помощью которых женщин делали красивее в мирах, лишенных магии. Деньги — не беда, забронировали. Хорошо даже, что пансионат дорогой, пора начинать знакомиться со сливками общества.
Время еще было не позднее, я оделся и дошел до полицейского участка, в котором, в частности, выдавали паспорта. Там работало два отдела. Один занимался документами для поездок за границу, и он был битком набит. В другом же выдавали документы внутреннего пользования. И там в коридоре скучал какой-то студентик. Я пустил птичку, умеющую смотреть на наш мир из Тени. В третьем кабинете мы с моей шпионкой нашли искомое — очень грустную женщину средних лет, закопавшуюся в бумаги.
Убедившись, что студент полностью погружен в какой-то гаджет, я создал букет цветов и торт. С этим дарами я вошел в кабинет, не забыв накинуть особую ауру, вызывавшую симпатию и доверие. Как я влиял на женщин, я уже рассказывал: как инкуб.
— Мария Васильевна! — воскликнул я с порога, — вы не представляете, как я вам благодарен!
Она рылась в памяти, пытаясь вспомнить, откуда она может знать этого приятного мужчину, то есть меня, попутно фальшиво отмахиваясь от подарков, бормоча «ну что вы, нам не положено!» Я же тем временем начал свое темное дело, а именно со всей силой ментальной магии пригласил даму на свидание. Она позвонила какому-то начальнику, и отпросилась на часик. Я уже был готов воздействовать и на этого босса, я мог бы влиять на него по телефону. Но работы у паспортистки было мало, и ее без проблем отпустили.
