Серия «Лики великих» – это сложные и увлекательные биографии крупных деятелей искусства – эмигрантов и выходцев из эмигрантских семей. Это рассказ о людях, которые, несмотря на трудности эмигрантской жизни, достигли вершин в своей творческой деятельности и вписали свои имена в историю мирового искусства. Американский скульптор и художник Уильям Зорач (1887-1966), представитель американского модернизма, иммигрировал вместе с семьей в Америку из Латвии. Обладатель многочисленных наград. Живописные полотна и скульптуры Зорача находятся в Smithsonian American Art Museum, Metropolitan Museum of Art и других крупнейших музеях Америки. Иллюстрации Александра Штейнберга.
«Я хочу сказать каждому молодому художнику, решившему посвятить жизнь Искусству: просыпайся и засыпай с мыслью о Творчестве, даже когда ты занят будничными делами, всегда помни о главном Деле своей жизни, иными словами, женись на Искусстве!»
Эти слова принадлежат Художнику, который постиг тайны творчества, который поднялся из самых низов до вершины признания и славы, став одним из лидеров американской скульптуры – Уильяму Зорачу.
«Я помню небольшую деревеньку Элберик в Литве, где я родился. Помню наш дом, крытый соломой. Мы были очень бедны. Помню земляной пол и печь, на которой мы отогревались. Позади дома был огород, мать там сажала картофель и свеклу. Это не давало нам умереть с голоду».
Уильям Зорач был седьмым ребенком, родившимся в России, еще двое родились уже в Америке. Анализируя творчество выдающегося скульптора, не перестаешь удивляться и восхищаться необыкновенной жизнестойкостью человека, который без покровителей и педагогов настойчиво шел к своей цели, ощущая потребность самовыражения в рисунке, скульптуре. Откуда, из каких глубин появился этот Талант? Поистине – от Бога.
Детские смутные воспоминания остались у него от жизни в России. Зорачи уехали в Америку в 1891 году, когда мальчику не исполнилось еще и четырех лет. Однако в детской памяти отчетливо сохранилась картина погрома: крики детей и женщин, лошади, солдаты, огонь, вспыхнувший в ночи.
Спустя десятилетия эта страшная картина найдет свое отражение в творчестве художника, в его рисунках, графических работах. Но все это будет намного позднее, а к тому времени, о котором мы рассказываем, после погрома, когда казаки отобрали и сожгли все имущество, отец Зорача решил уехать в Америку, где давно уже жил его брат. Сначала он уехал один. Жизнь его была очень трудной. Отец работал очень тяжело, получал гроши, но все-таки ему удалось скопить сумму, достаточную для того, чтобы его семья пустилась в далекое путешествие в Америку. Прибыв в Нью-Йорк после двухмесячного плавания, они отправились в Кливленд к отцу. В поезде на какой-то станции зашел бородатый мужчина, раскрыл небольшой чемоданчик и начал раздавать всем детям сладости. «Вот это Америка!» – подумали они, наслаждаясь неведомым доселе вкусом. Однако, когда спустя десять минут бородатый продавец начал обходить всех, требуя деньги, восторгов поубавилось. Что было делать? Мать, вздыхая, достала припрятанный серебряный рубль и долго просила на непонятном для бородача идиш взять его в уплату за конфеты.
Семья поселилась на окраине Кливленда. Зорач пошел в школу. Когда на первом уроке учитель спросил его имя, мальчик ответил: «Зорач». «Это очень трудно произнести, – услышал он в ответ. – Будем называть тебя Вилли». Так и осталось.
«Эй, Вилли, принеси-ка газеты вон туда», – кричал хозяин, раздавая мальчикам утренние и вечерние выпуски местных газет. «Эй, Вилли, начисти-ка ботинки как следует», – говорил прохожий, бросая мальчику несколько монет. И Вилли продавал газеты, чистил ботинки, подметал полы, словом, хватался, как и его сверстники, за любую работу. Но это было в свободные от школы и учения часы, а в школе бывало по-всякому. К счастью, там была мисс Солл – большая приветливая женщина, которая как-то показала своим ученикам как нужно рисовать собаку. «Это было каким-то потрясением для меня, – рассказывает Зорач. – Как будто что-то пробудилось во мне, я стал все время рисовать. У меня было такое ощущение, что я умел рисовать еще до своего рождения. Но долгое время все не было подходящего случая, а сейчас – началось. Я рисовал все и вся».
И вот однажды хозяиин, который давал работу разносчикам газет, увидел рисунки мальчика и повел его к боссу. Тому понравились рисунки, и он взял Вилли на работу с окладом два доллара в неделю. «О, это были огромные деньги, и, кроме того, я был горд собой. А какое счастье было находиться среди художников, вдыхать запах красок. В мои обязанности входило: мыть и скрести полы, бегать за сигаретами и пивом, смешивать краски, мыть кисти. Я был согласен делать что угодно, лишь бы оставаться с этими людьми». Так началась взрослая жизнь Уильяма Зорача – будущего лидера американской школы скульптуры.
Пролетело несколько лет в работе, мальчик вырос, превратился в юношу. Он должен был сам выбирать свой жизненный путь. Мать была слишком занята семьей, отец постарел, подорвал здоровье на тяжелых работах, и Вилли решил стать художником. Он нашел школу рисунка в Нью-Йорке, начал ее посещать. Там он проводил все свободное время. Рисунок стал его страстью, он делал огромные успехи. И еще – появилась мечта поехать в Париж, увидеть настоящее европейское искусство. Вилли удалось собрать тысячу двести долларов – сумму, по тем временам, нешуточную, достаточную для поездки в Париж.
