– Это я бы попросил вручить Иннокентию. У меня до сих пор в ушах стоит треск от хруста его колен. Утрирую, конечно, но мужчина мне в прадеды годится. Возраст не спишешь. Удивляюсь, как он столько времени на ногах проводит и без костылей передвигается… Эти наколенники предназначены для фиксации коленных чашечек, особой кости, которая находится в колене и играет важную роль в подвижности сустава. Пусть поносит их хотя бы несколько дней по несколько часов в день. Как знать? Вдруг колени хрустеть поменьше станут? Или перестанут вовсе? Не то сляжет и даже с костылями будет перемещаться тяжко.
Алина нахмурилась.
– Подожди… ты же наёмник! Откуда ты столько знаешь про врачевательство?!
– И что, что наёмник? – я посмотрел на подружку снизу-вверх. – У вас все наёмники поголовно умственно отсталые и несведущие? У нас далеко не так. Уже говорил: тот, кто хочет выжить, обязан знать многое. А у нас с вами выживание должно встать во главу угла. Поэтому…
На стол лёг подсумок с тонометром. Устройство было извлечено и уложено на столешницу, манжету подключил к прибору.
– Досточтимая Яна Истиславовна выказывает признаки недомогания, – продолжил речь. – Которое, вне всякого сомнения, имеет корни, уходящие в нервную систему вследствие потрясений и напряжений, но также может быть и следствием низкого кровяного давления, отчего и общая слабость. Это мы можем установить незамедлительно и буквально не вставая с дивана. Если позволите…
Я надел манжету себе на руку, затянул согласно требований к эксплуатации и нажал единственную кнопку на корпусе, запустив маленький насос.
Под взгляды всех троих присутствующих манжета накачалась и медленно стравила давление.
Прибор выдал короткий звуковой сигнал и на табло зажглись цифры.
– Сто двадцать миллиметров ртутного столба систолического давления на восемьдесят диастолического, – констатировал для зрителей. – Для моего возраста очень даже недурно. Теперь, если позволите…
Аналогичную процедуру проделал с матерью Алины.
Тонкий рукав сарафана не помешал, да и вряд ли мог. Так… внёс небольшую погрешность на несколько миллиметров…
Короткий звуковой сигнал оповестил об окончании измерений.
– Что и требовалось доказать, – табло прибора демонстрировало откровенное дно. – Восемьдесят на пятьдесят. И это после приёма пищи, который, вообще-то, его должен повышать.
Тонометр занял своё место в подсумке, а я вернулся в кресло.
– Если мы произведём измерение Иннокентию, у него мы можем увидеть и сто пятьдесят на сто. Это, к примеру, уже будет много. Таким нехитрым способом мы выясняем, что светлейшая княгиня Яна может попробовать вот это…
Из пакета на стол легла упаковка «Амплификацина».
– Как и у наших с вами девочек, у родительницы ощутимый дефицит массы тела. Поэтому по одной таблетке утром после еды должно хватить, чтобы как минимум первую половину дня чувствовать себя более уверенно. Также безбоязненно могу оставить – и оставлю – вам неплохое обезболивающее средство, помогающее в том числе и при головных болях.
Упаковка «Синедолора» извлечена из пакета.
– Таким же образом, по одной таблетке симптоматически, при возникновении болей. И последнее по списку, но не по важности…
Пачка «выключателя» показалась на глаза.
– Очень хорошее снотворное средство, помогающее заснуть при нарушениях режима дня. По одной таблетке перед сном, за исключением княгини. По уже озвученным выше причинам с массой тела, я бы не превышал дозировку в половину таблетки.
Опустевший пакет смят в ком и убран со стола.
– Ко всему, что перед вами, есть инструкция на русском языке, которую поймёт всякий, кто обучен грамоте. Эти лекарства я безбоязненно могу доверить любому из ваших домашних, кроме Златы: случайная передозировка серьёзно никому не навредит. Но помните: всё хорошо в меру. Увеличение дозы препаратов не приведёт к улучшению самочувствия за меньшее время, а лишь отягчит последствия.
Где-то минуту в помещении царила тишина.
Присутствующие подбирали слова.
Алина просто уронила челюсть на пол и молча переводила взгляд с меня на ништяки и обратно.
– Даже не знаю, что вам и сказать на это, Александр Александрович, – каким-то растерянным голосом проронил отец девушек. – Это… невероятно…
– …ошеломляет, – добавила Яна, потянувшись за тонометром. – Мне нехорошо уже от одной только мысли, сколько такие чудеса стоят денег…
Я улыбнулся.
– Поверьте мне. Намного меньше, чем вам кажется. У наших с вами миров полтора века разница во времени. Наша медицина несколько… успела опередить вашу. Потому не стесняйтесь обращаться, если что. Не всемогущ, как Господь Бог, но помогу.
Разноглазка с лязгом захлопнула челюсть.
– «Мастер», дорогой, – елейным голосочком обратилась девушка. – Как ты думаешь, может, нам лекарский пункт открыть?
«Ржунимагу».
Хотя… чего это я ржу и не могу?
Идея-то годная.
Только реализовать сможем нескоро: на это нет времени.
Мне, видите ли, местную магию постигать и к войне готовиться.
А что местным помогаю – так мне просто патроны девать некуда и руки чешутся.
