— Он явился к нам без принуждения, по первому требованию, — произнес Геспер, глядя на меня как на безликую шахматную фигуру на доске, следующий ход для которой надо серьезно обдумать. — Все десять лет добровольно изгнания он не был замечен в преступной деятельности и последнее посещение сна посвятил исцелению больного. Однако… — Целитель замолчал и посмотрел на Клио.
— Он нарушил правила, — произнесла аонида бесстрастно. — Прежде чем начать обучение, его воспитанница должна была предстать перед Пятиглавом. Или одним из его членов. Получить разрешение. Аметил обязан был заявить о своем желании вновь начать заниматься сновидением.
— И не вправе сам оценивать силу дара черной гурии, — добавила Талия.
— А еще я пил зелье ониров, — буркнул я не слишком вежливо.
— Это нам тоже известно, — бросил Геспер. — Есть что сказать в свое оправдание?
— Я признаю, что должен был показать Хэлену Пятиглаву. Но я уверен, она не нуждается в перековке. Она не знала о своих способностях. Никогда раньше не пользовалась ими. Она хочет стать целителем. И она просила у меня убежища. К тому же… я уже начал обучение. Вы не можете забрать ее.
Они знали это. Оторвать юного сновидящего от учителя в самом начале пути и передать другому было невозможно. С резким обрывом тонкой ментальной связи ученик мог погибнуть. Пятиглав не имел права допустить этого.
Клио сказала что-то Талии, и харита прикрыла на миг глаза, молча соглашаясь с коллегой. Герард наверху наклонил голову, рассматривая меня как редкую диковину, и произнес звучно, на весь одеон:
— Предлагаю наказание. Три года общественных работ в центре. Два раза в неделю, две полные смены.
«Ну спасибо!» — произнес я мысленно, глядя на него.
«Всегда пожалуйста», — ответил его безмятежный взгляд.
— А его ученицу, если проявит способности, также можно привлечь к исцелению больных, — добавил мой друг невозмутимо. — Заодно будет под присмотром.
— Разумно, — строго произнесла Клио, — но срок недостаточен. Пять лет. Половина того времени, что он был в изгнании. Кто согласен с подобным решением?
В воздух поднялись две руки. Самой Клио и Герарда.
— Не будем мелочиться, — с величайшим великодушием произнес Геспер. — Десять лет. За все то время, что он предавался безделью.
На этот раз были подняты три руки. Талии, которая считала укрывательство черной гурии серьезным проступком, Тайгера, в свое время как следует покопавшегося в моем подсознании, лучше всех знавшего меня, чего я стою и что движет мной, и Геспера. Подозреваю, он упек бы меня на вечные штрафные работы, но пока считал это излишним.
Таким образом, решение было принято. Специфика работы Пятиглава. Нечетное число сновидящих и никто из них не мог воздержаться. Так что одного голосования хватало, чтобы понять общее настроение.
— Ты согласен, Аметил? — спросила Клио, и в уголках ее глаз я заметил тень легкой улыбки.
Конечно я был не согласен. Мотаться десятилетие в центр — не то, о чем я мечтал в последнее время. Но высказывать свои соображения было не слишком уместно.
— А мне будет предоставлен проездной на «Нот»? — поинтересовался я мягко.
Геспер пробурчал нечто не слишком лестное в адрес наглых дэймосов. Остальные проигнорировали мой вопрос.
— Если у тебя больше нет ни вопросов, ни заявлений, можешь быть свободен, — сухо произнесла Талия.
— Есть, — ответил я, вновь приковывая к себе их внимание. — Наблюдение. Сегодня я присутствовал при интересном разговоре.
Я пересказал все услышанное в поезде от ребят-болельщиков и сделал вывод:
— Полагаю, это работа дэймоса.
Мои старшие коллеги переглянулись.
— Все дэймосы давно под присмотром, — уверенно сказал Геспер. — Либо это нелепое совпадение…
— Либо незарегистрированный создатель кошмаров.
— Думаю, тебе не нужно беспокоиться об этом, — уверенно произнесла Клио. — Мы примем все меры, чтобы нейтрализовать этого нарушителя, если он действительно был.
Я не стал возражать, но остался при своем мнении.
— Могу я идти?
— Да, конечно, — отозвался Геспер. — Но помни, мы будем следить за вашими успехами.
— Храни тебя Эргия, Аметил, — мягко напутствовала Клио.
Я развернулся и пошел прочь.
Никто не вычислит дэймоса, кроме такого же, как он сам. Древний, всегда работающий закон. И я ни разу не видел, чтобы он давал осечку. Иначе для чего Тайгер столько веков блуждает по миру снов, таща за собой в реальности сначала дряхлеющее, а затем и вовсе механическое тело.
Я не знал, за кем из них ведется наблюдение, кто крепко посажен на поводок и сколько вообще существует дэймосов, кроме меня и потенциальной гурии Хэл. Все ли они обезврежены, или кто-то продолжает темнить на стороне. Эта информация всегда была закрыта.
Я быстро пересек центр, больше не отвлекаясь на интересные типажи и разговоры. Переоделся, бросил хитон в контейнер для стирки, сдал девушке браслет, на который не успел ничего купить, и вышел на улицу.
Начали сгущаться осенние сумерки. Похолодало. Белые здания центра автоматически осветились теплым, золотистым светом. А центральный корпус, возвышающийся над ними, приобрел величественность древнего храма.
