— Смысл договора… Мне нужно время… Хотя бы несколько лет… Несколько спокойных лет, чтобы в это время на меня и моих близких не покушались ни легион, ни халифские мальчики. Чтобы Союз Великих оставил меня в покое и не плел против меня интриг. Это конечно слишком много, но я хочу хотя бы не волноваться о покушениях на мою жизнь с их стороны. Договор должен быть заверен в храме Афари под ее ликом.
— Тут понятно… И что вы хотите предложить взамен?
— Отказ от моих прав и прав моих потомков на место в Совете Великих и земли Рода Зетеринг.
— А не слишком ли много? За несколько спокойных лет?
— Нет. Рано или поздно они все равно нарушат этот договор. Поэтому мне нужно заверить его в храме Афари, чтобы в дальнейшем богиня была на моей стороне.
— А когда договор будет нарушен, то…
— То я буду вправе предпринять те действия, которые сочту нужными на тот момент.
— То есть Вы хотите потом, когда… отобрать земли Рода обратно?
— Не знаю, там видно будет… Но одними только землями моего Рода я не удовлетворюсь… Все это нужно одному…
— Смело, смело… И не скажу, что невыполнимо. Союз Великих уже давно еле держится, один толчок и он сам упадет. И возможно, что именно к Вашим…м — м — м… ногам, — здесь мэтр с легкой улыбкой вздохнул. — Если бы не введенная нынешним Великим Магистром и занимаемая им же, должность канцлера, то от Союза давно бы ничего не осталось… Давно у меня не было столь интересной работы… Ой, вы посмотрите на нее…
Я оглянулась… На сервировочном столике, сидела Мара — ящерица, только подросшая и доедала последнее пирожное.
— А что я, — заявила ящерица басом, — вы же все равно были заняты, вам разговоры интереснее, а я кушать хочу… — И быстро юркнула, куда-то под большой письменный стол мэтра.
— Мэтр, прошу прощения… Она у меня немного невоспитанная… — Я вдруг почувствовала, что краснею.
— И вечно голодная… — Продолжил Одрик.
— Просто она еще маленькая и не может сдерживаться, при виде еды. — Начала я оправдывать свою любимицу.
— Да Гаарх с ними, с этими пирожными… нашли чего жалеть, если хотите, Отиз еще принесет.
— Нет, нет, спасибо, не надо…. — Заверили мэтра Одрик и я, в один голос. И я продолжила:
— Простите мэтр, остался только один не решенный вопрос…
— Это какой?
— Ваша оплата…
— Анна аль Зетеринг, — торжественным голосом провозгласил мэтр, — работать в качестве поверенного Вашего Рода, для меня такая честь, что я готов Вам сам за это доплатить.
— И сколько? — Опять влезла в наш разговор Мара, высунув голову из-под стола.
— Мара, брысь… фу…. Заткнись… Нет, мэтр, так дело не пойдет, любая работа должна быть оплачена. К тому же, чтобы вы стали моим поверенным надо, как мне помнится, в ратуше зарегистрировать договор между нами и заплатить пошлину.
— Ну, если вы хотите все так серьезно оформить, то… — мэтр развел руками…
— Ах, мэтр, вы же понимаете, что мне и Вам придется все оформить так, чтобы никто не мог оспорить, то, что Вы являетесь моим поверенным.
— Да, тут вы правы… старею… Вы когда планируете уехать из Ерта?
Я зачем-то посмотрела на Одрика, он пожал плечами…
— Завтра вечером или послезавтра утром…
— Утром не получится… канцелярия ратуши у нас подобные договора оформляет только после обеда… Тогда завтра за полчаса до ее закрытия у входа. И будьте готовы, как только договор между нами будет заключен, очень быстро покинуть город.
— Да, мы будем к этому готовы.
— Еще нужны два свидетеля… Ну, да там в ратуше или на площади кого-нибудь подберем. У вас есть десять золотых крон на пошлину?
— Конечно…
— И еще десять мой аванс, он должен быть уплачен там же в ратуше…
— Мэтр, в моей финансовой состоятельности прошу не сомневаться…
— Это радует… Нынешняя молодежь, совершенно не умеет обращаться с деньгами, только тратят, а зарабатывать не умеют. Тогда вроде все…
— Я тогда поставлю плетение для вашего лечения?
— Да ставьте…
— И я еще зайду, завтра утром, принесу шкатулку и еще одно установлю, для большего эффекта. И я буду присылать вам амулеты с этим лечебным плетением, ваш дворецкий, судя по всему, сможет на вас его поставить. Да?
— Да, с этим Отиз справится…
— Тогда позвольте, я поставлю лечебное плетение, и мы пойдем…
Выйдя от мэтра, мы с Одриком прошлись по городу, покормили с набережной хлебом голодных чаек. У меня с души упал такой груз, что захотелось напиться или еще что-нибудь сделать… Эх, жалко полковник сейчас в Караваче…
Одрик был задумчив, как и все последнее время, что-то его беспокоит.
— Одрик, задумчивый мой, что тебя беспокоит?
— Да я вот думаю…. о смысле всего этого…правильно ли ЭТО?
— О, тяжелый случай… И что с ним не так?
— С кем?
— С ЭТИМ?
— Да, я вот все думаю…
— Думай, это полезно. Думательный аппарат нуждается в ежедневной и постоянно тренировке.
— Да не сбивай меня. — Молчу и жду продолжения. — Вот ты все суетишься, бегаешь, ездишь, то в топи, то сюда в Ерт, а какой во всем этом смысл? Зачем вся эта суета? Какие глубинные цели ты преследуешь? Какие цели у меня? То, что со мной происходит, должно же иметь какой-то смысл. Высший смысл!
— Слушь, хозяйка, о чем это он? — Как всегда влезла в наш разговор Мара.
