Главный герой после потери памяти постепенно осознает себя в чуждом мире меча и магии. Само собой, никаких послаблений от злодейки-судьбы, и, даже не совсем понимая происходящее, приходится изо всех сил бороться за жизнь. Тем не менее, события начинают постепенно раскручиваться, память оживает, все встает на свои места. Могущественная астральная сущность дала ему шанс начать всё сначала в этом мире после фатального поражения. Впереди долгий путь. Путь обретений и потерь. Путь борьбы и свершений.
Пару часов назад я миновал монастырь таоситов, тот самый, где два года назад и началась история моих приключений в этом мире меча и магии. И сейчас я шёл по узенькой тропке, затейливо петляющей между серых скальных обломков и густых приземистых кустов, усыпанных крупными белыми ягодами. Судя по времени, затраченному мною на дорогу, я уже должен был бы быть на территории соседнего баронства Стоуб. А значит, границу я уже пересёк, следуя по этой тропе контрабандистов.
Закон подлости, кстати, действует исправно во всех мирах. Ведь я, по своей простоте душевной, думал, что самая беспокойная часть пути уже позади. Но, как только я расслабился, метрах в двадцати передо мной возник нечёткий силуэт. Силуэт этот терялся в слепивших мне глаза лучах поднимающегося из-за горизонта дневного светила.
— Мил человек, — раздался скрежещущий, неприятный голос, — за проход по нашей тропке заплатить бы надобно.
— И сколько ж вы за проход берёте, добрые люди? — ухо уловило возню в кустах в десятке шагов впереди справа, и какие-то странные звуки доносились чуть сзади, но уже с левой стороны. Я тут же активировал артефакт защитного поля, и, для надёжности, начал гонять по каналам ци, чтобы дополнительно задействовать технику Алмазной Кожи. Но на моём внешнем виде это никак не отразилось. То есть бандиты, остановившие меня, видели перед собой какого-то рохлю, опирающегося на деревянную, не особенно толстую, палку, чуть длиннее полутора метров.
— Плата за проход, — ласково просветил меня этот самозваный таможенник, — все монеты, что у тебя есть, ну и поклажа, вестимо.
— А не жирно вам будет, добрые люди? — да, похоже, опять придётся драться, уныло подумал я, а вслух заботливо продолжил — а то ведь, чего доброго, ряхи ваши трещинами пойдут, не?
— Эх, — притворно-расстроено вздохнул мой собеседник, — а мы же к тебе, мил человек, со всей душой, а ты эвона как.
И тут события резко ускорились. Не успел переговорщик закончить своё выступление, как там, откуда раньше доносилось шуршание и возня, громко хлопнула тетива арбалета, и корявый болт вылетел из кустов. Я даже и не дёрнулся, так как было видно, что этот снаряд мимо пролетит. Криворукий у местных бандитов арбалетчик. Но, как я и предполагал, основная опасность угрожала мне не со стороны горе-стрелка, а сзади. Я почувствовал изменение силовых полей ци и вовремя среагировал. А реакция моя заключалась в том, что я, не оглядываясь, ткнул своей палкой-тростью назад.
Громила, очень тихо выбравшийся из своего схрона на тропинку позади меня, такой пакости от потенциальной жертвы никак не ожидал. А зря. Получив сильнейший тычок в живот, чуть ниже солнечного сплетения, он тихо сложился пополам и упал, уронив в пыль увесистую дубину. Бедняга принял позу эмбриона и натужно захрипел. Но, как выяснилось, времени у меня не было, чтобы отвлекаться на его конвульсии.
Давешний арбалетчик сменил оружие. Теперь он и его косматый компаньон выскочили из кустов и, бодро размахивая длинными ржавыми тесаками, бросились в атаку. Я решил, что нет никакого смысла вступать с ними в рукопашную, и, сделав эффектное отталкивающее движение, смёл обоих бородачей телекинезом с тропы. Им не повезло. Их недолгий, но стремительный полёт завершился тем, что они приложились к поверхности одного из массивных скальных обломков своими дурными головами. После этого они более никаких движений не совершали и лежали смирно.
Небольшой каменный шар, размером с мужской кулак, издавая низкое гудение, словно гигантский шмель, с силой врезался в поверхность защитного поля и бессильно упал на тропу. Видимо, оставшийся бандит хорошо управлялся с пращой. Я похвалил себя за предусмотрительность. Активировал же защитное поле, хотя и были пижонские мысли обойтись без этого. Лишнее доказательство той простой истины, что пижонить не стоит. Целее будешь.
И тут боевое предвидение буквально сорвало меня с места, заставив мою ленивую тушку совершить длинный кувырок вперёд. А там, где я только что стоял, из земли выстрелил пучок тонких каменных шипов, длиной около метра каждый. И не факт, что поле эту атаку выдержало бы. Сюрприз, однако.
Значит, оставшийся член банды, тот самый, который так проникновенно уговаривал меня поделиться с ними своим, нажитым непосильным трудом имуществом, оказался не пращником, а магом. Слабеньким, конечно, но всё-таки магом. Магом земли.
