Благой край. Свет Древ. Ещё одна небольшая зарисовка из детства феанариони.
========== Посланник Ингвэрона ==========
Процессия ваниар шествовала по мощеным улицам Тириона, любуясь обилием фонтанов, каждый на свой лад исполнявших какую-то незамысловатую мелодию. Отчего-то дом принца Фэанаро оказался не на вершине Туны, рядом с дворцом Нолдорана, а на окраине града. Не заблудиться посланникам помогли жители, махнув в сторону двухэтажного дома, чья крыша была украшена по краям четырьмя башнями; сам он скрывался за ветвями обширного фруктового сада.
При ближайшем рассмотрении ограда владений семьи Мастера поразила искусно выкованными фигурами всевозможного зверья, прячущегося в зарослях диковинных растений и цветов. Калитка была радушно приоткрыта, поэтому эльдар, посовещавшись между собой осанвэ, ступили на выложенную затейливыми цветными узорами дорожку, по всей видимости, ведущую к дому. Среди цветущих кустов виднелась чья-то фигура, и посланник громко поздоровался, предполагая, что это и есть сам хозяин:
— Айя Фэанаро!
Тот остался безмолвным, не соблаговолив ответить, а когда процессия подошла чуть ближе, оказалось, что это статуя в натуральную величину, выточенная так искусно, что малейшее движение тени листьев оживляло лицо, делало изменчивым и дышащим. Ваниар отступили и, скрывая неловкость, начали смеяться. Возглавляющий процессию слегка покраснел от досады и недовольно нахмурился. Встреченная ими скульптура оказалась не единственной: то тут, то там за очередным поворотом дорожки виднелись то нолдиэ с букетом цветов, тоже как живая, то дикий зверь, запечатленный в прыжке. Однако гости больше не поддавались иллюзии, и, скорее всего, не заметили бы, окажись одна из статуй на поверку настоящим эльда.
Они снова явились, чтобы нарушать чужой покой. Всюду совать надушенные носики, распускать веером сахарные пальчики… Ваниар. И спасения уже нет. Обычно такие гости заставляли Морьо кривиться не хуже кислой падалицы в саду. Пусть эти и превзошли прочих, раскланиваясь со статуями, но хотя бы не разучились от души смеяться над собой. Наградой им была почти приветливая улыбка Морифинвэ, которому невмочь было оставаться за стеной густой зелени.
— Айя! — не уступая в звучности гостям, поздоровался с пришельцами сын Фэанаро. — Как вежливы ныне стали жители Валмара, если и камню дарят приветствия!..
***
Нэрданель как раз завершала работу над новой скульптурой. Под её резцом оживал олень из лесов Оромэ. Животное было статным, резвым и сильным. Его глаза уже блестели в свете Лаурэлина, словно он устал ждать, когда нолдиэ закончит и «выпустит» его на свободу.
Эльфийка провела по поверхности скульптуры ладонью, предлагая ещё немного потерпеть, и тут до чуткого слуха Истарнэ донеслись незнакомые голоса.
— Приветствую вас, почтенные лорды! — Нэрданель предстала перед гостями в рабочем платье, в фартуке и в косынке, прячущей рыжие волосы от мраморной пыли.
— Да будут благими твои лета! — ответил посланец из ваниар. На его красивом, но надменном лице мелькнула тень сомнения: может ли эта нолдиэ, столь простая на вид, быть хозяйкой этого жилища и великолепно украшенного сада? Он открыл было рот, чтобы послать её за настоящей леди, когда выбежавший из-за зарослей совсем юный нолдо обратился к ней «аммэ», и ваниа стало очевидно, что перед ним сын Фэанаро, а встреченная эльфийка - супруга Мастера.
— Приветствую тебя, хозяйка дивного сада, леди Нэрданель, — посланник церемонно поклонился. То же самое сделала и свита, что в контрасте с простым и спокойным видом Истарнэ выглядело забавно. — Не соблаговолишь ли ты принять нас? Мне поручено переговорить с твоим супругом, лордом Фэанаро.
Юный нолдо, до сих пор взиравший на процессию из ваниар и весь торжественный их вид с лёгким недоумением, тут же сорвался с места:
— Мне позвать атто? Я сейчас!
Он мгновенно исчез, только ветки кустов шевельнулись. Младший Куруфинвэ помчался к кузнице, что стояла за домом.
Перепрыгнув через порог, вгляделся в сумрак - после пронизывающего весь сад золотого света Лаурелина в ней было темно.
— Атто, ты здесь? Там к тебе какие-то очень важные гости.
Тишина. Только позади скрипнула настежь распахнутая дверь. Убедившись, что атто здесь нет, юный Атаринкэ нахмурился, но тут же лицо его озарилось новой мыслью: конечно, атар у вала Ауле в его мастерских. Бежать туда было долго, но это ни на миг не остановило его.
Морьо только бросил на аммэ исполненный гордости взгляд: пусть-ка узнают эти напыщенные красавцы, что за искусница стоит перед ними! За то, что многие из пресветлых эльдар считали его мать некрасивой, он все детство мечтал поразбивать им носы. И Карнистир без единого звука скрылся за пышным можжевельником.
***
Возвращавшийся с охоты Тьелкормо успел въехать во врата Тириона, как вдруг заметил в самом конце улицы мелькавшие пятки самого младшего. Куда это Курьо так припустил? Опять атто поставил аванир, и аммэ, не дозвавшись его к ужину, отправила в кузни Аулэ Атаринкэ? А тому только дай повод лишний раз туда заглянуть. Турко кузнечное дело не любил, предпочитая созерцать краски леса и наслаждаться пением птиц, а не грохотом бесчисленных молотов.
