Вроде бы привод в управление был обычным делом, однако Александр почувствовал на себе взгляды немногих задержавшихся сотрудников. Должно быть, это событие разбавляло затягивающийся рабочий день.
Гаврилов пришел через несколько минут, когда Йошикаге от напряжения и боли уже начинал страдать, то и дело дергаясь в руках Филатова. Старший следователь с неизменно каменным лицом окинул взглядом развернувшуюся перед ним картину, но прежде чем он или Александр что-то успел сказать — Ли завопил:
— Прошу, помогите! Этот человек проник в мой дом, схватил меня, надел наручники и увез против моей воли! Это незаконно!
Филатов сжал его запястья, Йошикаге замолчал, стиснув зубы и чуть не упал на колени.
— Ли Йошикаге подозревается в сговоре с целью ухода от правосудия, а также мошенничестве вместе с Касугой Хибики. Как только я прибыл на место с целью задать несколько вопросов относительно подозрения он попытался скрыться с места жительства с применением по отношению ко мне насилия. Я защищался и произвел правомерное задержание.
— Хм, — только и ответил следователь, — присмотрите за задержанным, — отдал он приказ дежурному, а сам сделал шаг в сторону и жестом пригласил Александра подойти, — вы очень быстро работаете.
— Спасибо.
— Это не похвала. Вы же присутствовали на допросе, дело только началось, а улик весьма мало. Я просил поговорить с Йошикаге, а не арестовывать его.
— Он трус, — твердо сказал Александр, — и не даст показаний против Хибики, пока боится за себя.
— И поэтому вы решили напугать его еще больше?
— Я пробовал быть вежливым наедине, — Филатов бросил взгляд на Ли, тот сидел на стуле для посетителей, с мольбой глядя то на следователя, то на дежурного, — но нам нужно действовать жестче.
— Я просил действовать официально. Знаете, что это такое?
— Я и…
— Это не значит произвести арест по видимым ВАМ основаниям, — перебил Гаврилов, — только сейчас сыщик разглядел отчетливо прорисовывающиеся с широкими линиями круги под глазами старшего следователя.
— Нам нужно нажать, — продолжил Филатов, — я уже видел, как сказав все правильно, как написано в кодексе, виновный избегает наказания. Сейчас мы на правильном пути.
— А вам нужно наказание? — спросил Гаврилов.
Филатов осекся.
— Я считаю, что иногда правосудие нужно подтолкнуть.
— Вы ходите по краю, господин Филатов.
— Это все из-за того, что я говорю?
— Мне нет дела до того, что вы говорите, это лишь слова, мнение. К слову, я в курсе вашей стычки со следователем Мин Хо, даже в курсе сути разговора. Важнее того, что вы говорите, ваше отношение. В слепой погоне впереди государственной машины вы просто рискуете оказаться под колесами, — старший следователь выдохнул, — действуем по правилам.
— Действуем по правилам, — кивнул Филатов. Ему не понравились слова Гаврилова, но сейчас на это не было времени, — у меня как раз есть предложение. Очная ставка. Соберите вместе Хибики, Йошикаге и…Идзанами.
Показалось, на каменном лице Гаврилова отразилось удивление. Но лишь на короткий миг.
— Кажется, понимаю. Вот только, одной связи может оказаться недостаточно.
— Тогда будем работать дальше, — пожал плечами Филатов, — вы имеете право официально вызвать людей повесткой, проведем все как положено. Получится — хорошо, а если нет — еще один лист в папке дела.
Старший следователь ничего не ответил, лишь коротко кивнул.
— На сегодня Йошикаге придется отпустить, нам не за что держать его в камере. Да и народ там сейчас собрался неприятный, — Гаврилов слегка поморщился.
Утром следующего дня старший следователь собрал всех в допросной. Касуга прибыл самым первым, должно быть, чтобы показать свое огромное желание сотрудничать со следствием. Он держался уверенно и раскованно. Яхико приехала второй и скромно вошла в комнату, чуть скользнув взглядом по Филатову, она ничего не сказала присутствующему здесь адвокату, но зато, когда последним в комнату зашел Йошикаге, женщина сразу обратила на него внимание. Сам Ли буквально застыл в дверном проеме, и его пришлось подтолкнуть, ноги подкосились, и он упал в кресло прямо напротив Идзанами.
Все правильно. Все шло как надо.
Для начала каждый из присутствующих представился. Далее Гаврилов задал вопрос о связях друг с другом собравшимся здесь. И если адвокат Касуга и госпожа Идзанами были незнакомы, то вот Ли Йошикаге знали все присутствующие. Мужчине стало максимально некомфортно, а Филатов тем временем пристально следил за его реакцией. Ли весь сжался и явно хотел поскорее уйти. Нужно продолжать давление.
Гаврилов продолжил процедуру просьбой повторно дать показания по делу каждого присутствующего. Однако прежде чем что-то сказать, Касуга посмотрел в сторону стоящего в углу Александра и недовольно произнес:
— А что посторонние делают во время проведения очной ставки?
— Господин Филатов является нештатным сотрудником, — холодно ответил Гаврилов.
