— Что-то вроде этого, — кивнула Алиса, так как подобные амулеты были плотно завязаны на магию Иных, а пока все потенциальные Иные входили в её семью. — Опять же, это предполагает большую ответственность, и насколько я успела просветиться в законах магического мира, за подчинённого отвечает хозяин.
— Всё верно, с учётом того, что оборотни причислены к «тёмным тварям», вина за все их действия будет возложена на мага, объявившего себя хозяином оборотня, — наверх поднялся и бледный Лайел Люпин.
— Но такой амулет и положение одновременно позволят Римусу… скрывать, что он оборотень? — выдохнула Хоуп.
— Даже если это раскроется, Римус будет под защитой подобной связи, — ответил Лайел. — Как оборотень, официально не причисленный к разумным видам, он попадёт под семьдесят третью статью Международного Статута Волшебной Секретности, о сохранении, уходе и контроле над животными, существами и духами, находящимися в ведении семьи волшебников или какой-то организации. Если за безопасность будет кто-то официально отвечать и контролировать его, то… для Римуса так будет лучше, поверь, дорогая.
— В первую очередь меня интересует мнение самого Римуса об этой ситуации, — сказала Алиса. — В этом смысле насильно мил не будешь, и мне совершенно не хочется взваливать на себя и свою семью ответственность, если от Римуса не будет полной отдачи и понимания, зачем это и для чего. Мне не так и нужен слуга или вроде того, просто жалко ребёнка, которому искалечили жизнь.
— Я могу стать нормальным? — спросил Римус.
— Милый, — дотронулась до его плеча Алиса, — нормальность сильно переоценивают. Но да, в каком-то понимании ты станешь меньше бояться самого себя. А также не сможешь навредить кому-то… случайно.
— Что нужно делать нам? — спросил Лайел.
— В первую очередь вы дадите мне магический обет о неразглашении информации, — ответила Алиса. — Независимо от того, к каким выводам мы придём и что решим…
— А учиться в Хогвартсе я смогу? — перебил её взволнованный мальчик.
— Ну конечно, зачем кому-то нужен глупый неуч? — кивнула Алиса. — Ты продолжишь обучение в любом случае. Я не собиралась никому докладывать о тебе.
— Вы же мама Северуса Сейра и Пенни Фоули-Фортескью со Слизерина? — спросил Римус.
— Верно.
— А мы… мы будем жить вместе или?..
— Думаю, что часть каникул ты будешь проводить у своих родителей, а часть у нас, для особого обучения, — приподняла бровь Алиса, вглядываясь в настороженные желтоватые глаза мальчика. Что любопытно, судя по ауре, Римус успел что-то для себя решить и был уже совершенно спокоен.
— Тогда… я согласен.
Как и говорила мама: «Если ты всё время занят, то и время проходит быстрей, скучать некогда». Северус и сам не заметил, как прошёл первый учебный год в волшебной школе и наступили летние каникулы. В субботу, семнадцатого июня, они уже ехали домой в «Хогвартс-экспрессе».
Мама успела пообещать, что посмотрит на их с сестрой старания, умения и потенциал и подумает над тем, чтобы всё же провести Инициацию этим летом. Впрочем, в первые дни каникул они были заняты разными делами. Соскучившийся Ричард устроил семейные выходы, они провели день в зоопарке, были на озере в Гайд-парке, ходили на аттракционы, проведали пони Фею и катались на лошадях, объедались мороженым и сахарной ватой. Также навестили семью Фоули.
А в пятницу мама сказала, что в их доме погостит Римус Люпин, впрочем, для Северуса это не стало серьёзным сюрпризом.
После рождественских каникул Римус пару раз подходил к ним в библиотеке и на уроках пересел поближе, за соседнюю парту, иногда очень странно смотрел, словно чего-то ждал. Глаза у Римуса были странные — почти жёлтые, но зрачок самый обычный — круглый, как у всех. Во время полнолуний он по-прежнему пропадал, но выглядеть стал не в пример лучше, чем раньше. По крайней мере, особо больным и несчастным Люпин не казался, и Северус предположил, что гриффиндорец хочет с ними поближе познакомиться и общаться, только не знает как. Впрочем, после истории с утеплением и рунами с ними много кто хотел общаться, вдобавок из-за родственных связей с Фоули они с Пенни знали очень многих ребят с третьего курса, да и с пятого, где были старосты, тоже. К неудовольствию того же Сириуса Блэка, например, с Пенни познакомился и стал общаться третьекурсник с Рейвенкло — Ксенофилиус Лавгуд: всё время подходил в библиотеке и спрашивал то про руны, то про знаки и переводы чего-нибудь, показывая какие-нибудь книги.
