Мать Мария (1891-1945). Духовная биография и творчество. СПб., ВРФШ. 2003
Дружившая в детстве с К. П. Победоносцевым, затем порвавшая с ним, безнадежно любившая А. Блока, поэтесса и художница, член"Цеха поэтов", активистка партии эсеров,"городской голова"Анапы, бывшая под деникинским судом и едва спасшаяся от расстрела, жена видного деятеля Кубанской Рады, мать троих детей (потерявшая их всех), в эмиграции – писательница, критик, член совета РСХД, монахиня, председатель"Православного дела", автор книги стихов, богословских работ, пьес–мистерий, икон и вышивок, устроительница приюта для русских эмигрантов, во время войны спасавшая евреев, погибшая в лагере Равенсбрюк, – легендарная мать Мария, воспетая в стихах, героиня романов и нескольких кинофильмов, камень преткновения в спорах"либеральных"и"консервативных"православных…
Несомненно, мать Мария является одной из ключевых,"знаковых"фигур для понимания всей традиции"русского религиозного возрождения", русской культуры Серебряного века и эмиграции. Не случайно вокруг ее имени ведется сегодня горячая полемика. Не ослабевает интерес и к творческому наследию матери Марии, о чем свидетельствует и выход собрания ее сочинений[1]. Однако, и те, кто ратует за канонизацию матери Марии[2], видя в ней христианскую мученицу и подвижницу, и те, кто выступает против нее, как правило, плохо знают ее жизнь и творчество и судят о матери Марии, исходя лишь из своих"либеральных"или"консервативных"пристрастий.
При многогранности личности и дарования матери Марии, изучение ее наследия представляет большую трудность. Существует немалое число работ, посвященных отдельным аспектам ее жизни и творчества. Хорошо известна ее деятельность в эмиграции, подвижническая, жертвенная жизнь. В то же время до сих пор нет исследования, в котором бы жизнь и творчество матери Марии рассматривались в своем единстве. В книге о. Сергия Гаккеля"Мать Мария"чрезвычайно мало сказано о жизни и творчестве Кузьминой–Караваевой вплоть до принятия ею монашества. Когда же он пишет о ее монашестве в миру, то почти не упоминает о матери Марии в качестве религиозного мыслителя, не только друга, но и собеседника и оппонента виднейших русских религиозных философов. Неизменный пиетет по отношению к матери Марии часто мешает пишущим о ней объективно оценить ее место в русской культуре XX века, увидеть пройденный ею путь во всей его сложности и противоречиях. Последнее – не только удаляет нас от истины, но и служит плохую службу памяти матери Марии.
Настоящее исследование ставит своей целью восполнить существующий пробел. В нем предпринимается попытка воссоздать целостный образ Е. Ю. Кузьминой–Караваевой (матери Марии), показать, в чем состоит нерасторжимое единство ее жизни и творчества на всем их протяжении. Посредством анализа понятийного, символического и образного языка произведений Кузьминой–Караваевой (ее стихов, художественной и философской прозы, статей, пьес, живописи) исследуется духовный путь, проделанный ею от раннего символистского до позднего христианско–реалистического периода. Производится последовательный анализ основных произведений Кузьминой–Караваевой, при этом выявляется ряд существеннейших парадигм русской культуры первой половины XX века, устанавливаются генетические связи ее поэтики с поэтикой ряда виднейших представителей культуры Серебряного века (в частности, А. Блока и З. Гиппиус), при этом показывается, как элементы языка этой культуры наполнялись новым содержанием при прохождении Кузьминой–Караваевой тех или иных стадий ее духовного становления.
Религиозно–философская мысль матери Марии исследуется в контексте русской религиозной философии, при этом акцент делается не только на влиянии, которое она испытала со стороны русских мыслителей XIX века и деятелей русского религиозного возрождения XX века, но и на ее собственных религиозно–философских поисках, на том, как она, однажды войдя в него, выходила из лабиринта русской мысли.
Неослабевающий интерес к личности и творчеству матери Марии, споры вокруг нее – свидетельство того, что через нее осуществляется"связь времен"в русской культуре. По своим корням мать Мария принадлежала эпохе Серебряного века, вплоть до последнего десятилетия эта культура рассматривалась как антипод всему"советскому"и оценивалась сугубо положительно. В последнее десятилетие, однако, произошла"переоценка ценностей", стала ясна связь между русским коммунизмом и русской культурой начала века, ответственность интеллигенции за русскую революцию, более серьезная, чем та, о которой говорили авторы"Вех".
