– Тики-таки, детка. Сегодня с ней и не поговоришь. На следующей неделе. В день свиньи. В час летучей мыши. Встретимся на площади, где мы в первый раз на тебя наткнулись, а после отведем в нужное место. Годится?
– Конечно. Но почему бы не встретиться у вас на квартире?
– Никто тебе не доверяет, – заявила Сибил.
Эддеркопп водрузил на свой письменный стол три стопки книг – одну на другую.
– Здесь кое-что может иметь отношение к вашему делу. Это «Гиперураниевский договор»[71] (название места, разумеется, с тех пор несколько раз менялось) в девятнадцати томах. – Советник открыл один из томов и показал Кошке титульный лист с подзаголовком «Точнѣйшія условія сіи, обговоренныя Старымъ Змѣемъ и мудрымъ владыкой Миримомъ Эосфоромъ на торжественномъ собраніи съ августѣйшими Кузнечными Владыками. Записано на изначальномъ нарѣчіи и тщательнѣйшимъ образомъ растолковано на просторѣчіи». – На драконьем языке весь договор состоит всего из восьми слов.
– Как такое возможно? – изумилась Кошка.
– Возможно, если словарный состав достаточно велик. – Эддеркопп снова издал этот свой сухой скребущий звук. – Хотя у меня имеются некоторые сомнения. Подозреваю, что седьмое слово – неологизм, состряпанный специально для того случая. Если бы не он, уложились бы во все десять. Ну-с, довольно буквоедства. Оно забавляет меня одного. А суть заключается в том, что я докопался до причины ваших гонений.
– И она заключается в?..
Эддеркопп положил рядом с книгами красный гримуар и бумаги, украденные Кошкой у лейтенанта Антеи.
– По их состоянию я определил, что некоторые из этих бумаг вы перечитывали по нескольку раз, – да, временами читателю без соответствующего образования юридический язык действительно может показаться туманным. – Советник зажал между указательным и большим пальцем один из листов. – Вот нотариально заверенное разрешение на преследование, выписанное против вас. С юридической точки зрения оно оправдывает все содеянное.
– Там говорится, что я предала Драконий Корпус и правительство Ее Отсутствующего Величества. И то и другое ложь.
– Фи! Правовые выдумки. Любой юрист, который не зря ест свой овес, не станет толковать эти обвинения буквально. Отсюда можно выудить лишь одно полезное название – юридическая фирма «Фемида, Древоруб, Гаруда и Бран»[72].
Кошка сказала – четко, не торопясь и чуть-чуть повысив голос (Эддеркопп явно прикрывался своей мнимой глухотой, чтобы не слышать то, чего ему слышать не хотелось):
– Все это не имеет отношения к делу. Мне нужно, чтобы вы сообщили мне, где отыскать брата. Он сможет очистить мое имя от любых обвинений.
– Дайте уж поразглагольствовать старику. Нынче так редко выпадает возможность продемонстрировать, какой я дьявольски цепкий малый. Так вот, «Фемида, Древоруб, Гаруда и Бран» весьма известны в сфере международного договорного права. Улавливаете связь? – Эддеркопп положил поверх книг и документов тонкую папку. – Я позволил себе некоторую вольность и заказал ваш гороскоп, надеясь обнаружить там первопричину всех несчастий. Хотите – верьте, хотите – нет, звезды при вашем рождении стояли в самой что ни на есть благоприятной позиции. Далее… – он шлепнул поверх папки календарем, – в тот день были зафиксированы исключительные знаки и знаменья. Ни прибавить, ни убавить! Так что если взглянуть на вашу нынешнюю ситуацию, она выглядит совершенно необъяснимой. Будто мошенница-бродяга, смолящая сигареты одну за другой, вдруг оказалась Ее Отсутствующим Величеством. Разумеется, это не ваш случай, но вы понимаете, куда я веду. Более того! Соотнеся некоторые страховые данные с определенными фактами вашей биографии, рискну предположить, что вы, по всей видимости, обладаете неким камнем – неприметный такой камешек с дыркой. Поскольку вам покровительствует богатейшая в Аверне женщина, а вы при этом носите на шее совершенно заурядную цепочку, остается заключить, что на ней-то он и висит. – Советник протянул руку. – Если позволите.
Кошка неохотно сняла с цепочки камень, который брат бросил ей перед тем, как сгинуть в неведомом подводном городе.
Эддеркопп поднес камень к лицу. Ярко-зеленый глаз в дырке дважды моргнул, будто не веря увиденному. Потом советник перевернул камешек:
– Ну я и простофиля! Смотрел не через ту…
Он изумленно застыл. А спустя мгновение зашелся от беззвучного смеха.
– Так, так, так, так, так. А вы полны сюрпризов. – Он отдал Кошке талисман.
– Нет у меня никаких сюрпризов. Я простейшая, добродетельнейшая и бесхитростнейшая женщина, какую только можно себе представить. Меня ложно обвинили в гнуснейших преступлениях, и только брат может снять эти обвинения. Скажите мне, где он, или я отказываюсь от ваших услуг.
Древний юрист постучал пальцем по виску рядом с ухом, чтобы напомнить о своем слуховом аппарате. А потом, поглаживая стопку бумаг, будто кошку, сказал:
