Ард ударил посохом о пол и, как и Иолай в начале боя, сформировал свою излюбленную, верную Ледяную Стрелу. Уменьшенную до размеров дротика. Всего один луч красной звезды. Та ударила аккурат в правое плечо Иолая. Несильно. Даже кожу не пробила. Но от неожиданности, взвинченный, взмокший Иолай попросту выронил посох, сломав собственную печать.
Дыхание Вулкана мгновенно растворилось среди всполохов стационарной защиты.
Иолай, побледневший от усилия, призвавший с десяток заклинаний, использовавший Резонанс и далеко не «безопасное» военное заклинание двух звезд, едва держался на ногах.
Перед ним стоял Арди.
Не использовавший ни единого накопителя и лишь единожды применивший одно боевое заклинание. И не потому, что он какой-то гений.
Скорее наоборот.
Иолай Агров — возможно, гений, или просто сверх одаренный маг в сфере военного искусства.
Просто они с Арданом жили в разных, не соприкасающихся мирах.
Арди поднял посох и легонько, едва заметно, даже не стукнул им, лишь докоснулся до лба Иолая, а Великий Князь рухнул на пятую точку, словно его гигант ударом палицы подкосил.
Интересно, что бы сказал Аверский?
— Просто ребенок, — спокойно произнес Ардан и, поскольку они находились как раз рядом с входом в раздевалки, под аккомпанемент оглушительной тишины, направился на выход.
Бажен все равно в Черный Дом приедет — сумку привезет, а Арди ждали куда более важные дела, нежели студенческие дрязги.
— Если ты еще и общаться как Аверский, да примут его Вечные Ангелы, начнешь, я тебе точно колено прострелю, — проскрипел Милар.
Они вдвоем стояли около дверей, ведущих в кабинет Полковника.
— Проклятье, господин маг, а ты не мог как-то… культурнее обойтись с ним, что ли… — Пнев теребил бинт перевязи, уже потемневший из-за того, как часто капитан крутил его в пальцах. — Это, все же, Великий Князь.
— Уже много кто знает?
— Много кто? — фыркнул Милар и прислонился лбом к прохладному стеклу. — Умножь это твое «много кто» на «все» и будет половина от итогового количества!
— Много умножить на все и будет половина? — переспросил Арди. — Звучит как какая-то билебер…
— Звучит, как очередная ненужная проблема, без которой мы могли бы обойтись! — простонал Милар. — Знаешь, господин маг, я начинаю сомневаться в том, что так легко относился к фразе «бойся своих желаний». Вот запрашивал я к нам в отдел мага, запрашивал, долго запрашивал, а теперь думаю — да нахера я вообще к бумаге с этими сраными запросами прикасался!
Арди понуро вздохнул.
— Стыдно тебе? Вот и правильно, что стыдно! Когда мне придется заполнять очередную кипу листов о причине, по которой мой сотрудник устроил… да я даже не знаю, что ты там учудишь в следующий раз, то знай. Знай, напарник, что все мои нравственные страдания, мозоли и вечера, по которым я не вижу своих детей из-за клятых бумажек, это все твоих, матабарских, лап дело!
— Извини.
— Ой, да знаешь куда себе это извини засунь⁈ — вскинул руку Милар… больную руку. Вскинул и тут же застонал.
Какое-то время они помолчали.
— Жаль.
— Что жаль?
— Ага! Не нравится когда с тобой так разговаривают⁈ — прикрикнул капитан. — Вот и мне не нравится… жаль, говорю, что не видел, как ты его отделал.
— Я его не отделывал вообще никак, — возразил Арди. — Просто заблокировал каждое заклинание. Он их слишком медленно формировал, да еще и не переписывал в момент воплощения. Да и действовал без какой-либо стратегии или плана. Ничего особенного.
— Ничего особенного… проклятье, ты действительно начинаешь говорить, как Аверский… — без особой злобы, произнес Милар.
Да он и до этого говорил скорее с притворной насмешкой и театральным порывом пожалеть самого себя, нежели с настоящими негативными эмоциями.
— Не повезло Великому Князю драться с тобой именно сегодня, — голос капитана отдавал легкой горечью.
— Да… — согласился Арди. — Наверное…
Наверное, в любой другой день, кроме сегодняшнего, Ардан поступил бы так, как его научили друзья-звери. В любой другой… кроме сегодняшнего…
— Заходите, — донеслось изнутри кабинета.
— Как оцениваешь наши перспективы? — сверкнул взглядом Милар.
— Вроде сон покоен, — ответил Арди.
— Вот это-то меня и беспокоит, напарник, — прошептал капитан.
Вместе с Миларом они прошли через двойные, деревянные двери и оказались в хорошо знакомом, просторном, но немного пустом кабинете. Как и всегда — стол для переговоров, по правую руку вместо стены витражи от полка в потолок, по левую руку — кресле и столик, скучающие около застекленной витрины с книгами и папками; портрет Императора за спиной Полковника. Полковника, который, судя по количеству огарков в пепельнице, не спал последние несколько ночей и курил уже четвертую сигару.
— Садитесь, — не поворачиваясь к визитерам, Полковник указал дымящей сигарой на два стула.
Стула, отодвинутых напротив бланков.
— Надеюсь это не заявление об отставке, напарник, — едва слышно прошептал капитан. — Хотя…
Они вместе, нога в ногу, подошли к столу и уселись напротив бланков.
'
