Лишь занятия с Урносовым заставляют меня хоть ненадолго позабыть о той диадеме, что мне приходится надевать едва ли не каждый третий вечер. И о тех, с кем мне приходится хотя бы раз, но станцевать. Правила приличия…
Недавно я закончила читать сборник сказок Старого Галеса, времен до объединения княжеств под знаменами Первого Царя. Спасибо, что посоветовал. С ними я действительно, пусть и всего на два дня, но сбежала из бесконечного Дворца Царей Прошлого.
Ты знаешь, несмотря на то что мы живем здесь уже девятый месяц, я все еще не могу сказать с уверенностью, что без провожатого способна отыскать дорогу к собственным покоям. И еще мне все чаще кажется, что пусть здесь и проживает едва ли не тысяча придворных, но Дворец словно пустой. Как дырявая шляпа, оставленная на полке…
Хотя, забавно, я никогда не видела дырявых шляп, и даже не понимаю, почему шляпа может лежать на полке, а не в специальной коробке где-то у Гардеробного. Возможно, для тебя это прозвучит глупо, но порой я часто вглядываюсь в свет фонарей и огней Придворцовой набережной и Острова Святого Василия.
Смотрю, затем прикрываю глаза и думаю — представляешь, в каждом свете, в каждом огоньке, которые заменяют мне по ночам звезды, есть какая-то своя история. В каждом окне живут люди. Интересно, как они живут? Что тревожит их сердца, с кем себя они сравнивают, когда запутываются в клубках своих будней? Уж наверняка не с коровами… прости, пожалуй, просто летняя хандра. Не люблю летнюю Метрополию.
Да, все радуются цветам, теплой погоде и спокойному прибою Ласточкиного океана, а я, вот, не люблю. Мне больше по душе зима.
А ты знаешь, может мне так же, как и княжна Осинка устроить своим «женихам» испытание? Пусть каждый из тех, кто захочет ко мне свататься, продемонстрирует, что знает Звездную Магию лучше меня… Глупо, конечно, я еще сама почти ничего не знаю, хотя и смогла решить ту задачку, которую ты мне присылал. С выкапыванием ямы и складыванием земли в одну кучку. Забавная такая…
Радует только, что отец обещал, что не станет вплотную заниматься вопросом моего брака если я действительно через три года смогу поступить в Большой. И не возобновит попытки вплоть до моего выпуска. Вдруг, дорогой друг, в двадцать три я уже буду слишком в возрасте для всех этих… претендентов? Хотя, внутренний голос подсказывает мне, что даже если я останусь шестидесятилетней девой, все равно очередь выстроится отсюда и вплоть до Лазурного Моря. Не за мной, разумеется. А за моим преданным.
Впрочем, это верно и сейчас.
