Удовлетворенно улыбнувшись, он скрючился за парапетом, спасаясь от непрекращаемого града подручных снарядов и вслушался в женские крики. Неплохо… Рука сама потянулась к ручке, на ходу выхватывая записную книжку. Строчки получилось всего четыре, но зато отборные. Правда, это были ругательства на «разнузданного в общении с женщинами мужчину», но и так сойдет — крепкие же.
Только вспомнил о крепости, как по макушке всем весом вдарил солидный кусок мыла — и как скользкое мыло вообще можно так сильно бросить?!
— Простите дамы, но я сваливаю! — он бросился к выходу, но, подумав, все же развернулся. — Нет, не так. Вот! Великий Отшельник с Жабьей Горы Мьёбоку покидает вас!
— Закрой свой извращенный рот!
Обстрел усилился, а потому Джирайя, отбив парочку особо увесистых снарядов укрепившимися волосами, поспешил ретироваться. В коридорах его уже ждали сотрудники купален, но куда им было остановить великого сеннина? Шиноби ловко пробегал мимо них по стенам и потолкам, не забывая «случайно» тискать особо симпатичных служанок.
Наконец, толкнув входную дверь, Джирайя вывалился на морозный воздух.
— Погодка суровая, — выдохнул мужчина облачко пара. — Но пыл любви греет меня не хуже всякого костра!
Сейчас он находился на границе Стран Водопада и Железа. Со стороны последней. Водопад пришлось покинуть, так как правительство стало подозревать беловолосого повесу в шпионаже. Пока еще слишком мало, чтобы приказать схватить его на месте, но достаточно для того, чтобы джонины подглядывали за ним повсюду. Это очень мешало вдохновению.
И, в любом случае, в Железо Джирайе было нужно, пускай он и не горел любовью к вечному холоду. Две причины — поиски отца и поиски… брата. Да, пускай Сенсома и был Джирайе приемным отцом, Ошими шиноби, ставший известным как один из легендарной Троицы Саннинов, считал своим братом. А насчет отца…
Орочимару добыл крайне важную информацию — его отец столь тесно связан с Тобирамой Сенджу, что великий Второй Хокаге даже оплатил жилье Джирайе и его приемному отцу на десятилетия вперед. Причем из своего кармана. И Джирайе известно, что Тобирама имел тесные связи с генералитетом Железа, так что его путь был очевиден.
Ну а уже после разговора с генералами, можно отправиться отмокать на горячих источниках в страну, название которой посвящено им же.
Мечты-мечты.
На самом деле, придется мерзнуть и дальше — Сарутоби-сенсей тоже поделился очень серьезными данными — в Стране Снега объявился пользователь Стихии Льда, которую все в мире считают сильнейшей (и не так уж и зря). Вранье или нет — Джирайя обязан посетить Снег — таков уж его долг перед тем, кто вырастил его и воспитал.
— Ну… — сам себе промурлыкал сеннин, идя по обмерзлой земле. — А еще ходят слухи, что в Стране Снега просто отпадные бордели…
— Кавамура не выжил, — склонив голову, закончил доклад Эй. — Прости, отец.
Он стоял перед массивным столом в кабинете Райкаге в гордом одиночестве. Би был отправлен на патруль куда подальше — все равно ему было нечего сказать Третьему, кроме как заверений о том, что его старший «братан» ни в чем не виноват. Пф! Как будто это бы помогло! Здесь и сейчас Эй даже радовался, что смог устроить все так, чтобы джинчурики не попал под разбор полетов.
Райкаге не издал ни звука — просто продолжил сидеть с хмурым лицом, сверля в сыне дырку взглядом. Ему дьявольски не хотелось показывать эмоции перед тем, кто наблюдает за их разговором, но тут уж ничего не поделаешь — если выбирать между воспитанием сына или маленькой подставой перед союзником, он выберет сына.
Он всегда выбирал сына…
Миг, и массивный Райкаге бесшумно оказывается прямо перед преемником, нависая над ним и давя своими силой и могуществом. Но Эй не отшатнулся — он привык получать нагоняй с достоинством, как заслуженное наказание.
Однако, слова отца заставили его отшагнуть в удивлении.
— Тебе не за что извиняться, Эй, — произнес Третий. — Информация, которую ты получил, сама по себе является ресурсом, сравнимым с целым Биджу. Получение знаний о возвращении легендарного Математика Боя, стычка с ним и оценка его нынешней силы — все это уже может считаться выполнением миссии высочайшего ранга, даже с учетом понесенных потерь. И самое главное…
Эй растерялся, когда увидел, что отец поднимает руки. Что он…
Третий Райкаге крепко обнял своего ребенка.
— Самое главное, — произнес он тише и мягче. — Что ты выжил, сын. Поверь, никакой Биджу не сравним для деревни по важности с ее будущим главой. И уж тем более для меня — твоего отца. Так что подними голову выше, скорый Четвертый, ты все сделал правильно.
— Спасибо, отец…
Эй младший вышел из кабинета счастливым и взволнованным, а старший вернулся в кресло задумчивым и угрюмым.
— Ты… — обратился он в пустоту. — Знал об этом?
— Нет, данных о возвращении Математика Боя у меня не было — в Узушио у меня глаз и ушей нет, — из тени вышел… человек.
