- Ладно... Слушайте, у нас снова несчастье - всё то же, а Уильям поссорился с Перси и перестал нас лечить... Нам нужны хотя бы медикаменты.
- А кому они не нужны? У меня с вашего позволения застарелый маниакально-депрессивный психоз... Однако вот уже три дня, как моя аптечка пуста, так что пейте шнапс и дышите кислородом.
- Только вместе с вами.
***
Наконец-то мы помирились! На альпийских лугах и в рощах Джордж показал Перси травы, нагоняющие дрёму и облегчающие боль; с Кларой он держался учтиво, дарил ей какие-то безделушки.
Частые недомогания не позволяли ей участвовать в наших прогулках и посиделках. Не было её с нами и в тот знаменательный вечер, когда мы взялись рассказывать страшные истории. Что из этого получилось, знают все...
Джордж был до того тронут и взбудоражен моей фантазией, что выбежал из дома, взобрался на какой-то утёс и погрузился в подобие бреда. Я отыскала его и расспросила о впечатлении. Он признал сюжет великолепным и - ясновидец - догадался о происхождении образов.
Слушая его, я точно падала в пропасть, хотелось позвать на помощь, но моей власти над собой пришёл конец.
- Давайте разыграем тех двоих, - предложил Джордж, - Я выстрелю из пистолета, а вы ляжете, как будто я вас убил.
- А они точно услышат?
- Может, выстрелить дважды?
- Не надо, - проронила я, сама не зная, о чём, ложась к его ногам, закрыла глаза и стиснула зубы, чтоб не закричать, когда подо мной содрогнётся до самого огненного сердца земля.
Первыми прибежали слуги и собаки.
- Я её предупреждал! - скорбно изрёк надо мной старый привратник.
Я много потеряла, не увидев их, и ещё больше - не полюбовавшись моим убийцей в момент, когда наконец подоспели Уилл и Перси. На их нечленораздельные восклицания он ответил примерно таким монологом:
- Ответьте, но не мне, а небу, кто подослал сюда эту бедняжку? ... Как получилось, что какая-то девчонка раскрыла тайну тайн и заявилась на авторство ближайшего бестселлера? Пока я жив (а я бессмертен) никто не в праве сочинять про вурдалаков, зомби и так далее! Берите же теперь всё, что осталось от жалкой, неразумной дилетантки. Кровь её на вашей совести, как, в прочем, и моя!
Тут я не удержалась и посмотрела на него - он приставлял дуло к виску! Моя рука сама взлетала к поле его сюртука и из последних сил дёрнула. От этой неожиданности Джордж нажал на курок. К счастью он наклонил голову и выстрел лишь слегка оглушил его и подпалил его волосы. Он не без усилия но удержался на ногах и, когда умолкло эхо, скороговоркой громко прошептал:
- Вотэтода! Я чуть себе мозги не вышиб!... Мэээри!...
Я встала, машинально цепляясь за его, остолбеневшего, одежду.
- Вы целы?!
- Мэри! - крикнул Перси, - Как ты могла так поступить со мной!!? Я думал, моё сердце тебе дороже этого камня! (пнул кусок гранита)
- Милый, прости меня!
- Пошли немедленно отсюда! - он попытался схватить меня за уже протянутую руку, но тут в его грудь воткнулось с двух сторон ружейные стволы, а меня какая-то сила оторвала от земли и передала самому рослому типу из челяди.
- Не смей при мне орать на даму, - сказал Джордж трясомому праведным гневом Перси.
- Он считает это своей прерогативой, - жужжал из-за спины моего друга Уилл.
- Отпустите! - билась я, - Этот человек - мой муж, и я люблю его!!!
- Ты негодяй! Мы будем стреляться! - рыдал Перси с отчаянием.
- Постреляйтесь с доктором, - отвечал бесстрастно его обидчик, - С меня на сегодня достаточно.
***
Меня унесли в дом, двери которого тотчас были заперты. Слуга передал на руки меня своему господину, в тот усадил на диван. Я вскочила, причём не на пол, а на диванную подушку. Мне хотелось казаться выше в окружении этих диких мужчин.
- Теперь, значит, я ваша пленница!? - спросила вызывающе.
- "Твоя", - ласково поправил Джордж на старинном языке, - Апартаменты на втором этаже - направо четвёртая дверь по белой стороне.
Спорхнув, я побежала вверх по лестнице.
***
Стены - одна белая, другая чёрная - все исписаны углём и мелом. Там были и лирические наброски, и восхваления, и ругательства, и арамейские заклинания, и какие-то иероглифы, и рисунки зверей - особенно занятен пёс, понурившийся над человеческим черепом. На канделябрах висели колокольчики со шнурками до самого пола.
В отведённой мне комнате над изголовьем кровати красовался цветок хризантемы, составленный из кинжалов, подвешенных на магниты. Я немедленно взяла один, прилегла и задремала от усталости.
***
- Проснись, Мэри. Нельзя терять эту ночь.
Похититель сидел возле меня. На нём была чёрная рубашка, забрызганная розовой пастой, поверх неё - пурпурный камзол без рукавов с золотыми нашивками, широкие белые штаны, из-под них - тёплые носки из серой шерсти, а голову он обвязал красной косынкой.
Я погрозила кулаком с зажатым кинжалом:
- Даже не надейся! Я люблю Перси!
- Знаю. Я затем и разбудил тебя, чтобы вернуть последние часы способности любить... живого человека.
Сказав это, он вышел.
***
Я спала не раздеваясь поверх покрывала, чем по утру втройне огорчила хозяина, сидевшего в изножье с блюдом пирожных:
