Так постепенно Сергей и входил. Основной проблемой являлась вода. Её на Марсе почти нет. Влажность на глубине оказалась недостаточной для роста растений, даже для бактерий это была проблема. Наконец, с третьей попытки аппарат выдал характеристики грунта с влажностью подающей надежды. Это в два раза меньше, чем в пустыне. После совещаний и конференций ботаники объявили бойкот, пока не будет информации о составе биоценоза. Бактериологи сослались на сроки, работа затормозилась. Вопрос о биоценозе теперь висел темной неопределенностью и их подключили на общую тему.
Для создания марсианских условий в тайге привезли проходческий щит. Делом занялись специалисты метростроя. Надо было заглубиться метров на двадцать и пройти сотню метров. Всего-то. После появления тупиковой станции приехали специалисты по космической технике, привезли кучу заготовок и начали под землей монтировать герметичные емкости, что-то вроде цистерн диаметром по 10 метров. Появились кондиционеры, рефрижераторы, переходные отсеки, кучи кабелей, собранные в жгуты и прочей техники. Все походило на строительство космической станции. Шторин с Сергеем занимались адаптацией биоценозов.
Кто может сравниться с Матильдой моей – подпевал себе Шторин, задавая программу Рапид для биоценоза архей и азотобактерий. Биоценоз казался почти готовым.
– Никуда не годится! – Сергей вздыбил шевелюру – они таскают нам всего понемножку, каждая лаборатория по твари. Наш рапид придется переделать под десятки видов.
– Придется – автоматически ответил Шторин не отвлекаясь от работы. Нежданов понял, что поддержки не будет. Он встал, потянулся – схожу-ка я к начальству.
– Угу – Шторин так и не поднял головы.
К Левитову очереди не стояли, его редко можно было застать. Его в шутку называли летучим голландцем. Шторин с ним и столкнулся в коридоре:
– Федор Игоревич.
– С чем пришли?
– Генные модификации бактерий настолько разные, надо искать компромисс. Соберите бактериологов.
– У вас конкретные предложения?
– Пока общие, но это и есть тема конференции.
– Это хорошо. А давайте послезавтра? Устроит?
– Да. Я подготовлю материал.
Договорились об испытании каждой отдельной культуры биоценоза действием Рапида. Стройка подземных лабораторий шла к завершению. Сергей вышел прогуляться вечером. Сентябрь ощупывал застывший лес, обрывал листву, которая стаями гуляла под порывами ветра. Разноцветная мозаика листвы собиралась и распадалась открывая серую дорогу, и еще зеленую траву. Отдельные капли висели на ветках и сорванные ветром образовывали блестящие гирлянды и фонтаны брызг. Одежда быстро промокала, приходилось идти быстрее. Оставленная до завтра техника чернела среди стройплощадки. Глина и песок валялись на обычно чистой влажной аллее. Срок сдачи – октябрь, как было написано на информационном щите. Он еще походил, любуясь осенним лесом:
– Неужели такую ёлку мы сможем вырастить на Марсе? Ну картошечку точно сможем – он подумал о цене одной картошины и улыбнулся.
– Сергей – Это его окликнул Шторин – пошли ко мне.
– Пойдемте. Однако надо что-то купить. Зайдем в магазин?
Через полчаса они сидели за столом, попивали чай с лимоном и беседовали о разном все время переключаясь на работу.
– Вадим Николаевич, у вас целая библиотека фантастики. Любите?
– О, раньше много читал. Собирал сведения об авторах. А сейчас как-то некогда.
– Ну вот, например, стали бы вы читать Стругацких?
– Всему свое время Сергей. И потом все это видится в другом свете.
– Так-так – изобразил заинтересованность Сергей.
– Ну философизмы мне не нравятся. С другой стороны, триллер любой ценой – это тоже не по мне. А вы любите фантастику?
– Я всеяден. Так почитываю. Это развлечение, как и детективы.
– Ну не скажите. И Станислав Лем и Стругацкие просто изучали все достижения науки и техники.
– Да, верно. Но никто не может точно предсказать. Поэтому остается только развлечение.
– Робертсон написал роман «Тщетность» где попал почти в точку.
– Ему повезло – улыбнулся Сергей.
– Согласитесь, некоторые произведения вдохновляют.
– Это верно, но как они не похожи на реальность, особенно фэнтези.
– Да. Иногда трудно сказать, что хотел автор – славы или денег? Или сам не понял, что написал?
– Итого и другого. И побольше – он увидел недоуменный взгляд Шторина – это цитата из мультфильма о Винни Пухе.
Они сидели и спокойно беседовали, а тем временем Земля летела в рукаве Ориона со скоростью 220 километров в секунду направляясь по спирали к центру галактики Млечный путь.
Наконец Лаборатория была готова. Им выдали скафандры. Появились технари, которые обслуживали систему, был даже центр управления. Шторин и Нежданов были допущены ознакомиться, что называется, со своей грядкой. Они через шлюз вошли внутрь. Нижняя часть огромной металлической бочки была засыпана грунтом Марса, а верхняя полукружием потолка висела над ними. Размеры, 10x40 метров впечатляли.
Горел дежурный свет, что было ярче дневного освещения на Марсе. Костюмы, даже специально произведенные для такой атмосферы, вздулись, и люди походили на рекламу Мишлен.
