Матфей говорил и говорил, и про свой блог, и про журнал «Сделаем явным», про Романа и доктора Иннокентия Семеновича, про Маринку – большую любовь своего друга, и про девушку своей мечты – как он описал именно ее, Стаккату. Рассказал, и появилось такое нереальное ощущение легкости, словно кто-то вдруг отключил гравитацию и он, точнее, даже не он, а они оба, воспарили в небеса.
– Я и сам не понимаю до сих пор, как и почему оказываюсь тут, каким образом возвращаюсь, и почему рассказы то исполняются, то нет. Давай, зови Арию, я при ней повторю все еще раз. Не сомневайся, она подтвердит – все это правда.
– Не стоит, знаю, что правда. Я уже и сама все узнала. Еще до твоей исповеди, – неожиданно ответила девушка.
– Узнала? От кого? Ромка?
– Ладно, – Стакката вздохнула, – откровение за откровение. После твоего ухода ко мне подошла странная пара. Господин и госпожа Фанфар.
– Родители Диеза?! Они-то здесь откуда? – Матфей замолчал, позволяя девушке продолжить.
– Они… – Стакката помолчала, подбирая правильные слова, – Диез совершенно на них не похож. Таких высокомерных людей я в жизни не встречала. Потребовали тридцать минут наедине с нашим пленником и, кроме того, доставку посылки в систему Шлягер. Я им отказала, мотивируя тем, что «Увертюра» незаконной деятельностью не занимается, пленных и контрабанду не перевозит. На это они поставили мне на вид диверсию и помощь в побеге преступников на Тонике, драку и спасательную операцию на Теноре, еще и связь с сопротивлением. Ума не приложу, откуда они все это узнали.
– Чтоооо! – Матфей не мог поверить услышанному, – у нас что, шпион на борту?
– Я тоже так подумала и даже не сомневалась, что шпион – это ты.
Матфей возмущенно хмыкнул.
– На мой молчаливый вопрос гордая леди ответила, что они знают о корабле и команде больше, чем я думаю, и о каждом из нас столько, что мне и не снилось. Они предложили сделку – ответ на один из моих вопросов в обмен на выполнение их просьбы. Я согласилась и попросила рассказать о тебе. Поначалу не поверила, да и как поверить в такое? Но эти двое знали такие подробности, что мне, признаюсь, стало страшно. «Увертюра» – пешка в какой-то крупной игре, и я не могу даже представить, в какой.
– Эх! Надо было мне раньше тебе все рассказать, тогда не пропал бы впустую твой вопрос! И что теперь будешь делать?
– Воспользуюсь твоим советом, привлеку Арию, пусть она узнает хоть что-то. Зачем-то же им понадобился наш пленник? Только вот, как устроить встречу? Нужно спрятать девушку от четы Фанфар, но при этом ей самой должно быть все хорошо видно и слышно.
– О! Вот это точно не проблема! Идем, найдем Джаза, у нас еще много работы. Одно мне только непонятно. Про Тонику и Тенор они еще могли узнать, компьютер взломать, например, с их-то деньгами, думаю, это несложно, но вот про меня, как узнали?
– Не знаю, все это становится все более и более запутанным. Думала, что когда разгадаю твою загадку, многое прояснится, но новых вопросов стало больше, а ответов…
Работа двигалась быстро. Матфей деловито руководил процессом сборки идеальной камеры для допросов, которую сам же и придумал. Ну, точнее, не он, а режиссеры какого-то сериала, но сути это не меняло. По проекту, планировалось стены сделать из стекла, но стекла необычного: изнутри оно выглядело как традиционные серые корабельные переборки, а снаружи было абсолютно прозрачным. Но как сделать так, чтобы посетители прозрачных стен не заметили? В кино-то все просто: нажимаешь на пульт, раз – и ничего не видно. Нажимаешь снова – и смотри, сколько хочешь, все, как на ладони. Удобно! Но у команды «Увертюры» такой технологии не имелось, а изобретать что-то похожее не позволяло время.
И тут у Джаза родилась гениальная идея: фальшивые раздвижные двери, как в японских домах, только с «секретом» – двойные. Когда все, кто должен, войдут внутрь, непрозрачные двери раздвигаются, а стеклянные остаются закрытыми, «гости» ничего не заметят и не догадаются, что за ними следят. Джаз, разумеется в Японии не был, технология дверей отличалась от традиционной, но главное, что идея всем понравилась.
Сначала работали втроем: Матфей, Джаз и Стакката – командор не хотела лишать отдыха остальных членов экипажа. Но Минор узнал от Диеза, которому рассказал Баритон, услышавший, в свою очередь, от Романа, которому «по большому секрету» рассказал друг-диверсант. Так, уже через час, вся команда вернулась на «Увертюру» и самоотверженно трудилась над созданием чудо-комнаты.
Утром чета Фанфар явилась на корабль строго вовремя, как договаривались. Командор опоздала секунд на 5 и удостоилась такого пренебрежительного взгляда, словно она вышла к ним в лохмотьях «бомжа». Стоило заносчивой парочке вступить на борт, как душевное состояние у всей команды сникло. И как только эти гости умудрились, не произнеся ни слова, испортить настроение всем? Стакката молчала, поджав губы. Выполнять просьбу этих людей ей очень не хотелось, но уговор есть уговор.
