Справедливо считая себя хорошим программистом, Дик отдавал себе отчёт, что он, практически, ничего не понимал в конструк-ции компьютера. Поэтому его энтузиазм постепенно иссяк и уже через год после разговора с Каминским жажда деятельности в нём едва тлела. Не умереть идее помог случай. Как упоминалось мной ранее, Дик почти не обращал внимания на людей — они слу-жили фоном (плохим или хорошим) его жизни. Но, в силу возло-женных на него обязанностей, Кэлшу приходилось производить контроль и помогать в особо сложных случаях своим подчи-нённым, как то и произошло в один из обычных дней, когда он задержался на работе, увлечённо пытаясь найти ошибку в, на первый взгляд, совершенно правильной программе. Девушка — программист тоже особенно не расстраивалась, ибо ремонтник, пришедший починить компьютер, больше уделял времени не компьютеру, а именно ей. Поначалу Дик, углубившись в анализ программы, не обращал на лёгкий флирт по соседству никакого внимания. Но когда он установил, что причиной поломки компьютера явился пропущенный в программе знак ограничения расчёта области расходящихся функций — то есть из-за невнимательности этой девушки — задержка в работе начала вызывать в нём глухое раздражение. Дик некоторое время сдерживался, вслушиваясь в беспредметный разговор, однако терпение его быстро истощилось, едва он постиг тщеславие ремонтника, пытавшегося блеснуть перед программисткой своей интеллектуальностью. Сердито сдвинув брови, Дик открыл рот, чтобы одёрнуть болтуна. Но имен-но в тот знаменательный момент ремонтник и выдал непереда-ваемую по своей глубине фразу:
— Арина. Трансцендентальность Вашего мышления относительно Ваших чувств, питаемых ко мне, которые светятся в Ваших глазах, не повод для отказа. Надо доверять именно чувствам, так как интенция мысли только на своё содержание делает, тем са-мым, любую мысль недоказуемой — незаконорожденным, беспричинным феноменом. Таким образом, Вы не можете отказать мне в просьбе провести вечер с Вами, так как лишены основания для отказа. Противоречие между мыслью и её содержанием образует порочный логический круг…
Развить свои философские идеи ремонтник не успел, потому как одновременно произошло два события — девушка заметила, что руки парня перепутали её тело с компьютером и влепила ре-монтнику пощёчину, а изо рта Кэлша вместо уничижительного за-мечания вырвался восторженный вопль:
— Конечно, противоречие содержания мысли самой мысли даст тол-чок расходящимся функциям мышления исина о себе и о мире!
Дик, расцветая улыбчивой доброжелательностью, вскочил со стула и подбежал к ремонтнику:
— Как Вас зовут? Как Вас зовут? — твердил он, тряся руку рас-терявшемуся молодому человеку.
— Лео Точини, — машинально ответил тот, провожая взглядом убе-гавшую из компьютерного зала девушку.
— Вот Вы мне и нужны, — торжественно объявил Дик.
— Неужели? — уверенность в себе, насмешливость и снисходитель-ность тут же вернулись к голосу парня, заслышавшего ключевое слово «нужны». — Я нужен всем, но подавляющее большинство «всех» мне, не просто, не нужны, а прямо-таки, мешают, если быть откро-венным.
Дик на мгновение смутился, однако чувство открытия, пере-полнявшее его, было слишком сильно, чтобы дать ему возможность замкнуться, по привычке, в себе. Поэтому он, сначала запинаясь, потом всё быстрее и увлеченней посвятил ремонтника в свою идею создания исина. Философские основания и проблема противоречия между самой мыслью и её содержанием вызвали оживлён-ный и весьма квалифицированный, с точки зрения Кэлша, спор, который окончательно растопил лёд неприступности Лео. Дик ви-дел по глазам Точини, что тот зажёгся, и сознательно подливал масло тщеславия в огонь самолюбия ремонтника:
— Признаю, что идея переноса иррациональности появления мысли путём замыкания электронных схем на внешние и внутренние ана-лизаторы исина, эквивалентные человеческим ощущениям, высказанная Вами, весьма плодотворна, но в ней скрыта серьёзная опас-ность искажения объективной информации, получаемой, благодаря им, исином из внешнего мира… Надо работать дальше над теорией… Я думаю, Ваши знания воистину незаменимы… И, в конце концов, подумайте сами — мы с Вами будем величайшими учёными, породив-шими мыслящее существо собственными руками… Мы, выражаясь фигурально, плюнем в лицо всей научной системе, барахтающейся в собственном чванстве… Только Вы и я… И сам, исин… Но сейчас нам нужно новое аналоговое оценочное устройство…
— Это — но проблема, — авторитетно заявил раскрасневшейся Точини. — В третьем административном корпусе я чиню Большой ком-пьютер. Списать аналитический блок целиком — не составит труда. Эти яйцеголовые совсем не смыслят в современной технике. Кро-ме того, у меня возникла великолепная идея подсоединить к аналого-оценочному устройству ориентировочную плату области многоканального смешения, что позволит создать в исине нечто, подобное человеческой интуиции — мгновенное формирование новых логических цепей.
