Сам я начал медленно приближаться к боту, чтобы почувствовать, как поле влияет на моё тело. Поле работало хорошо. Граница была достаточно отчётливой, не толще полуметра, но я не смог её пересечь. Гланда буквально взвыла об опасности, но я проигнорировал и двинулся вперёд. И тут же у меня взорвалась мочка уха, разлетевшись тысячей мелких капелек, исчез кусок кожи на запястье и дико заболели глаза. Я отшатнулся. Глаза не видели. Вот я придурок-экспериментатор, блин. А если я ослеп?
Я не ослеп. Зрение через пару минут вернулось, но я понял, что без абсолютно закрытой брони или чего-то изолирующего в такое поле лучше не соваться.
— Гор, а они друг с другом могут общаться без тебя?
— Не все… Подожди! — Гор был занят.
Мы с Крапивой просто смотрели то на бот, то на генератор с безопасного расстояния. От каждого из них расходилась волна разрушения. Разрушалась, правда, в основном трава, но выглядело всё равно эффектно. Все растения превращались в зелёный туман. Взрывались изнутри, разлетаясь невесомыми кусочками, которые продолжали рассыпаться на совсем уж неразличимую глазом пыль. Я забеспокоился, не повредит ли такое жёсткое излучение аппаратуру бота, но потом подумал, что не должно. Иначе это было бы странно.
Несколько минут ничего не происходило, потом переносной генератор задымился. А стоило ему перестать генерировать поле, как он в течении нескольких секунд превратился в кусок холодного, но при этом дымящегося хлама.
— Да!!! Получилось!!! — заорали мы с Крапивой и обнялись.
И только стоило нам отпустить друг друга, как отрубился генератор в боте. Ничего не задымилось, просто я Восприятием почувствовал, что поля больше нет.
— Гор комментируй, что произошло, — приказал я. Естественно так приказал. Гор принял мой тон абсолютно спокойно и как должное.
— Двое из семи не смогли проникнуть через поле. Не смогли стать настолько нематериальными, чтобы их не задевало воздействие. Это телекинетик Павел и электрик Суннар, — Гор тоже не заморачивался цветными обозначениями Рангов, распределяя их больше по функциям.
Я припомнил имена остальных членов отряда.
— Получается, Карина, Аид, Игнат, Жар и Ким могут ломать аппаратуру успешно.
— Да.
— Отлично. Пусть залезают в бот. А ты свяжись с теми, кто выразил желание присоединиться к нашему отряду. Передай им координаты, куда летим. Пока летим, держи с ними связь, подробно объясни, как надо действовать. Если надо, тебе техники ещё раз схему генератора покажут. Объясни, где внутри этого генератора прятаться. — Я повернулся к Крапиве, — Ка, садись за пушки. Мы взлетим, и ты проверишь, получится ли стрелять из них со своим зениточным усилением.
— Даже не думала об этом. Попробую. Ничего страшного, если мы здесь будем стрелять? Не привлечём внимания имперцев?
— Не знаю, но это неважно. Если нас успешно атакуют, то будем добираться без тел. Если нет, то повезло. Но твоя способность во много увеличивать силу выстрела может сильно пригодиться. Тебе лучше оставаться в теле. Как телекинетики мы так себе, все остальные лучше нас в плане разрушительных способностей. Но вот твои выстрелы — это что-то. Надо пробовать.
Мы погрузились в бот. Я решил не пытаться играть в опытного лётчика и управлял, максимально используя автопилот. Просто указал высоту, куда подняться. Всего лишь чуть выше макушек деревьев. Крапива взяла в руки гашетки. Глубоко вдохнула и выдохнула. Все потренировались, теперь её очередь.
Насколько я изучил вооружение нашего бота, то кроме ракет у нас были турели, которые стреляли не патронами, а сразу пулями, если можно так назвать эти немаленькие штыри. И был пулемёт, который особо не отличался от привычных нам ИГов и ИКов по своим инженерным решениям.
— Стреляй по асфальту, — предложил я.
— Сейчас…
Крапива немного поманипулировала с настройками, потом сосредоточилась, замерла на несколько секунд и надавила на гашетку. Раздался не такой уж громкий выстрел. А вот эффект впечатлял.
На асфальтовом покрытии дороги возникла яма диаметром не менее пяти метров. Снаряд вошёл в дорогу под углом и на всём протяжении, пока он уходил вглубь асфальт сначала разлетелся по сторонам, потом, по мере погружения пули в землю, потрескался. В целом последствия выстрела выглядели так, будто немаленький такой червь на высокой скорости выскочил из-под земли: пока он полз близко к поверхности, над ним трескался асфальт, а потом он «вынырнул», раскидав по сторонам асфальт и гравий. Моё без энтузиазма полученное высшее техническое образование спасовало в расчётах, чтобы даже приблизительно определить кинетическую энергию этого выстрела. Но выглядело так, что у Крапивы получилось.
— Офигеть! А выстрели туда же рядом без усиления, — попросил я. — Хочу сравнить.
Крапива выстрелила. Пуля выбила небольшой фонтан из асфальта и ушла под землю, даже близко не вызвав таких последствий, как выстрел с усилением. Разница впечатляет.
— Ну ладно, с тренировками тогда, наверное, закончим? Ты же уверена, что сможешь повторить такие выстрелы? — спросил я Крапиву.
— Да, уверена, — спокойно кивнула напарница.
— Тогда летим домой.
