Тут лейтенант Бокасса отставил в сторону внутренний монолог, чтобы заняться делом: организовать свой взвод перед десантированием. Восемь бойцов на четыре смарт-танка. Стрелок-командир плюс мастер-механик. У самого Бокассы мастер-механик отличный парень, негр из Никарагуа по прозвищу Бурглар (взломщик), но для краткости все его называют «Рглар». Оригинально. Будто, имя героя из НФ-сюжета про инопланетян. У Рглара, как у танкиста, единственный минус: высокий рост. Некомфортно ему. Хотя, говорить о комфорте в танке (тем более — в смарт-танке), это даже не смешно.
Именно так подумал лейтенант, устраиваясь на посту стрелка-командира (нижняя часть организма — внутри корпуса, верхняя часть — внутри поворотной башни). И все же, танк-недомерок обладает двумя преимуществами перед обычным танком. Маневренность и бесшумность. Обычный танк лязгает, как скобяная автолавка на ухабах, а у этого траки сделаны не из стальных звеньев, а из какого-то пластика, так что шум не больше, чем от электрического автопогрузчика. Пока Бокасса подбадривал себя и регулировал Т-лорнет (тактические очки-монитор), чтобы наблюдать и то, что показывает компьютер, и то, что видно через узкое башенное окошко, началась авиа-подготовка к штурму.
Несколько звеньев «Апельсиновозов» быстро прошли на малой высоте над городом, и вывалили из грузовых люков по сорок простейших авиабомб, начиненных аммоналом, с расчетом на поражение квадратов, где ранее дроны разведки засекли подозрительную человеческую активность… Бум-м!!! …По ушам ударили молоты взрывных волн.
А потом баржа причалила, и аппарель с лязгом опустилась на бетон пирса. «Вперед»!
Бокасса услышал этот приказ, как-то автоматически продублировал, и смарт-танки его второго взвода поползли по аппарели вслед за первым. А затем двинулся третий взвод. Морские пехотинцы, кое-как укрываясь за бронированными корпусами, танков, тоже высыпали на причал… Пакгаузы за ВПП уже не представляли угрозы. После удара с воздуха, там остались хаотические бетонных обломков с торчащими гнутыми прутьями арматуры. Поводов для эйфории, однако, не было — легионеры могли засесть дальше в городских кварталах, и наверняка не все попали на видео-камеры дронов разведки…
…Батальон без инцидентов пересек ВПП и медленно вползал в город. Сейчас средний турист, ранее видевший Папеэте (цветущий, очаровательный, оживленный), вероятно, затруднился бы узнать этот город, напоминающий ландшафтную декорацию к фильму о Второй мировой войне в провинциальной одноэтажной Франции. Выбитые стекла, пятна копоти на стенах, рассыпанные по улице обломки мебели и грязные тряпки. По скверам с поломанными пальмами и разоренными клумбами ветерок носит грязные клочки бумаги, тонкой пластиковой пленки, и каких-то цветных ниток. На проезжей части — сгоревшие автомобили. И трупы, как обычно в этих широтах, уже привлекшие тучу мух. По всему этому приходилось ехать. Спокойно переползли через широкое окружное шоссе…
…Началось! Два хлестких щелчка выстрелов, и следом пулеметная очередь. В кого-то из бойцов, идущих за танком — попали. В танк — тоже. Броня откликнулась басовитым эхом на попадание пули. Бокасса в башне почувствовал себя примерно как в железной бочке, по которой шутки ради кто-то стукнул кувалдой. Но, в следующую секунду, он собрался, и сразу увидел на Е-лорнете маркеры целей. Дроны наблюдения исправно работали. Вот эти два крестика. Один в мансарде дома, другой — на площадке под шпилем церкви, стоящей впереди в большом сквере. Дистанция подходящая. Можно стрелять.
Струйный огнемет не относится к высокоточному оружию, даже в случае, если в нем применяются баллистически-оптимальные загущенные смеси. Но, наличие компьютера позволяет прицельно работать на максимальной дистанции: около 200 метров. Стрелок действует как в компьютерной игре, ориентируется по монитору, и жмет гашетку. Как стреляли танкисты во Вторую Мировую войну — загадка. Как-то стреляли. А сейчас все несколько проще. Пуф! Искристое оранжево-желтое трепещущее полотнище летит по длинной параболе и… Крестик на мониторе тускнеет. Первая цель поражена. И тут же тускнеет второй крестик — это стрелок другого танка отработал. А в наушниках звучит голос комбата:
— Жук-Первый, это Муравьиный король. Оставайтесь на месте, и прикрывайте нас. Мы проводим эвакуацию раненых, у нас три средних, один тяжелый.
— Муравьиный король, это Жук-Первый, понял. Прикрываю, жду, — ответил Бокасса, и продублировал для своих, — Жуки! Всем оставаться на месте, следить за целями, огонь открывать по обнаружению.
Пауза.
Основанная часть времени на войне — это ожидание.
Все стоят, матерятся, и ждут, пока что-то будет сделано.
Или пока что-то произойдет.
— …Joder! — выругался Бокасса, уловив запах табачного дыма, — Рглар! Какого хера ты куришь!? В танке нельзя курить, тем более — в огнеметном танке.
— Так, лейтенант, — пробасил никарагуанский негр-механик, — все рано же стоим.
— Да. Стоим. И что? Все равно, пыль, дышать нечем, а тут ты с этой сигарой!
— Ну, извини… — ответил Рглар, — хочешь, я свой люк приоткрою, для вентиляции?
