Тем временем, батаки на южном острове Мотуко, все-таки, взбунтовались — просто за компанию. Они двинулись по дамбе с Мотуку в сторону Вале, и старшему офицеру пришлось отдать приказ усилить блок пост на дамбе двумя пулеметными расчетами, и стрелять (для начала) поверх голов. Это дало результат: после двух очередей в воздух, батаки остановились, но с дамбы не ушли. Приближался вечер и, как и ожидалось, на северо-западном горизонте возник силуэт морского транспортного судна «Эрмосо», перевозившего 700 филиппинских рабочих. Правда, в сложившейся обстановке было непонятно, что с ними делать. Сальвадорцы явно не согласятся уехать без зарплаты, а торговаться с ними некому: начальство лантонского филиала компании «Alemir» смылось. В случае, если сальвадорцы не уедут на том же «Эрмосо», то филиппинских рабочих негде будет разместить, кроме как на самом острове Вале, на северной окраине Лантон-сити, рядом со старым причалом. Авось потом главное начальство вернется из Паго-Паго с подкреплением, и уговорит сальвадорцев уехать. В отсутствие других вариантов, этот план показался оставшимся в Лантоне офицерам и менеджерам единственно разумным. На закате, транспорт «Эрмосо» с филиппинскими рабочими встал к причалу, практически, на краю Лантон-сити.
Две сотни британских бойцов из охранной фирмы «Groom», работающей на концерн «Alemir», и сотня туземных полисменов, отступили вглубь единственного каменного квартала Лантона. Остальная часть Тинтунга оказалась во власти мятежных батаков, филиппинцев, сальвадорцев, и какого-то «Революционного Конвента». Если смотреть объективно, то «Конвент» представлял собой небольшую группу людей, обладавшей наиболее полной информацией о реальной обстановке на Тинтунге.
Сейчас часть этой группы собрались в контрольной башне внутреннего порта Вале. Гремлин медленно встал из-за стола, прихрамывая, подошел к панорамному окну, и посмотрел на светлую полоску на востоке, предвещающую скорый рассвет.
— Ну, камрады, будем делать объявления.
— Революция не делается в белых перчатках, — медленно и задумчиво произнес Тараи, представитель команды атолла Уилимо, один из сыновей мэра Синклера Мастерса.
— В каком смысле? — спросил Хобо-Ван.
— В смысле, что придется запачкать лапки кровью индонезийских парней, батаков.
— Это ты к чему? — спросил Пикачу.
— Просто, — пояснил Тараи, — эти парни, по сути, такие же люди, как мы.
— Что-что? — удивился капитан Кресс, командир филиппинских партизан «хуки».
— Философия, — пояснил претор Октпо, — Типа поэзии. Красиво, но к делу не относится. Давайте об этом позже. У нас работа, и надо уйти с Тинтунга до восхода солнца.
— Верно, — Кресс кивнул.
— Я держу TV-камеру и жду, — проинформировал Пикачу.
— Я готов, — объявил Варлок, надев маску-фантом с аудио-миксерами на щеках, и став команданте Угарте Армадилло, координатором революционного Конвента.
— Я готов, — повторил за ним Тараи, тоже надел маску, и превратился в Помаре Алинги, верховного судью Трибунала.
— И я готов, — сказал Октпо, надел свою маску, и превратился в Рико Верде, директора информационно-разведывательного агентства «INFORFI», спецслужбы Конвента.
— На счет «десять» начинаем, — подвел итог Гремлин, — Раз… Два… Три…
Несколько позже. Реакция прессы.
*** 20 октября. ABC. Мятеж на атолле Тинтунг (Острова Кука). ***
Сегодня ночью крупный террористический отряд, называющий себя «Революционным Конвентом», объединившись с взбунтовавшимися рабочими из Индонезии, Сальвадора, и Филиппин захватил большую часть атолла Тинтунг. Вооруженные банды численностью несколько тысяч, грабят дома, и расправляются с зажиточными гражданами. На рассвете, мятежники распространили через Интернет TV-репортаж. Вы можете увидеть фрагменты нескольких выступлений лидеров группировки, захватившей Тинтунг.
Речь команданте Угарте Армадилло, лидера революционного Конвента.
