— Я буду на улице, если что. — оповестил я и, не дожидаясь ответа, вышел из комнаты. За пределами нашего персонального адски горячего рая негромко играла фоновая музыка и уже большинство гостей неспешно двигались к выходу. Похоже, вечеринка подошла к своему логическому завершению, как же не жаль, что мы пропустили добрую её часть. Бросив скомканный галстук, пропитанный моей спермой, в ближайшую винтажную мусорку, влился в ручеёк людей, направляющихся к входной двери.
Сохраняя нейтральное выражение лица, рассматривал картины виновницы торжества. Они были и впрямь хороши, возможно, даже стоило бы приобрести парочку. Они бы неплохо вписались на голые белые стены моей холостяцкой берлоги. Сунув руки в карманы брюк, обнаружил в одном из них кусочек кружевной ткани. О, мой маленький трофей. Губы дрогнули, но я пытался сдержать рвущуюся наружу победную улыбку.
Складывалось стойкое ощущение, что я сраная Золушка, которой после полуночи на память остались только кружевные трусики. Но, даже если и так, то я охренеть как рад, что они у меня теперь есть.
Встав неподалёку от распахнутой огромной деревянной двери, время от времени заглядывал внутрь дома, выискивая там Эллисон. Судя по долгому отсутствию, она всеми силами пыталась спрятать следы только что пережитого безумия. И это было к лучшему, ведь она так охрененно сексуально выглядела, что, уверен, захочу убить любого мужика, чей взгляд попробует хотя бы вскользь коснуться этой крошки. Девушка появилась через несколько минут, но её тут же перехватила Джессика.
— Ты куда пропала? Я тебя не видела уже после белого… — возмущённо начала она, но, окинув взглядом растрёпанную и слегка покрасневшую Эллисон, выпучила глаза. — Да ладно?! — завизжала художница.
— Ни слова. — отрезала Эллисон и я, сверкая довольной улыбкой отвернулся. Было отдельным видом кайфа осознавать, что причиной изменённого богемного образа девушки стал никто иной, как я.
Прохладный вечерний воздух здорово бодрил и освежал разгорячённую кожу, и я глубоко вдохнул, наслаждаясь каждым мгновением, пережитым сегодня.
— Вы ещё здесь? — справа послышался голос Эллисон, и я открыл глаза.
— Да, тебя жду.
— Меня? — удивилась она.
— Да, или ты собираешься пешком добираться домой? — хмыкнул в ответ. — Я вызвал такси. — кивнув на приближающую по подъездной дорожке «Toyota», начал спускаться вниз. — Идём. — Девушка на мгновение задержалась, обнимаясь с подругой и внимательно слушая, что та шептала на ухо.
— Ну всё! — пискнула Эллисон и стремительно спустилась по ступенькам.
— Спасибо за вечер, Джесс. — помахав на прощание хозяйке вечеринки, открыл заднюю дверцу. — Мне всё очень понравилось. — Расплываясь в улыбке, слушал внезапный приступ кашля Эллисон, пока та забиралась на сидение.
— Всегда пожалуйста, Тайлер! Буду рада увидеться как-нибудь ещё! — крикнула Джессика и немного постояв на крыльце, улыбаясь от уха до уха скрылась в доме.
Внутри салона меня ждала растерянная и смущённая Эллисон. Девушка взволнованно выглядывала в окно, будто хотела выскочить из машины. На мгновение показалось, что она именно так и поступит, когда нервно принялась грызть ноготь большого пальца.
— Что такое?
— Моё… — понизив голос до шёпота, она слегка наклонилась ко мне, опасаясь, что водитель может услышать невероятную тайну, предназначенную только для нас двоих. — Похоже, моё бельё осталось там.
О, каких усилий мне стоило не засмеяться в этот момент. Но всё же, сделав серьёзное выражение лица и наклонившись чуть ближе, посмотрел ей прямо в глаза.
— И? Хочешь вернуться на место преступления?
— Нет. — пискнула она в ответ и отвернувшись к окну, принялась рассматривать пролетающие мимо огни Нью-Йорка. — Конечно, нет. — Девушка нервно пожёвывала губы, вкус которых я, похоже, забуду не скоро.
Нью-Йорк — Гонконг
«Я трахнула Тайлера Рида. Я. Трахнула. Тайлера. Мать его. Рида!»
Это всё, о чём я могла думать все оставшиеся выходные, постоянно прокручивая в голове тот самый вечер, до конца не в силах поверить в реальность случившегося. Это было похоже на самую откровенную эротическую фантазию, где, его высочество, мистер Рид всё же обратил внимание на страждущую меня и взял за это ответственность.
Если на чистоту, то только после того, как он вышел за дверь, до меня начал доходить весь смысл произошедшего. Желание к этому мужчине настолько застлало разум, что я тёрлась об него, словно кошка в течке и не могла насытиться. Его сосредоточенное возбуждённое лицо заводило настолько, что на смену мне приходила совершенно незнакомая и ненасытная женщина, точно нацеленная на получение удовольствия. И на доставление его своему партнёру.
Я даже всерьёз задумалась над тем, что бы случилось, если бы хоть на миг тогда замешкалась или потеряла уверенность, а быть может, включила голову, как было там, в бассейне. Ответ был очевиден: всё волшебство бы исчезло и в конце мы бы не пытались унять в наших телах жаркую дрожь наслаждения.
