Меня зовут Женя, и я уже три года занимаюсь верховой ездой. Все меня зовут Еськой, кроме тренера и моей головной боли — Хорька. — Не игнорь меня. Знаешь же, что я не отстану, Жардин,~—с улыбкой он произнёс прозвище, которое я позволяю использовать только тренеру. — Да вот, думаю, зачем Хорьку острый язык при его тупой голове. Наоборот же должно быть, чтобы была хоть какая-то возможность выжить в социуме. — О, ты разозлилась. Приятно, что я могу тебя злить, но я, вообще-то, просто пообщаться хотел. Мы же коллеги по несчастью, будем тут стоять как минимум ещё минут пятнадцать. Как он раздражает. Полгода не замечал меня, хотя мы учимся вместе и проект должны были делать! Только из-за проекта он и начал доставать меня. Устала я уже от него! Он же даже в квартиру мою заходит, словно она — его!
Глава 1
— Женя, вернись с небес и выполняй упражнения, иначе не подпущу тебя к канаве! — услышала я громкий крик тренера.
О, нет-нет, не волнуйтесь за меня, у меня с головой всё в порядке, добровольно я не полезу ту канаву, о которой вы подумали. Канава — это препятствие в конкуре. Я уже три года занимаюсь верховой ездой, так что знаю разные виды препятствий: и стенка, и забор, и оксер. Однако допускают меня пока что не ко всем. Проблема в том, что я несколько раз падала с лошади, а иногда и просто шла рядом, ведя её под уздцы, чтобы животное отдохнуло, но как-то так всё оборачивалось, что приходилось проявлять чудеса растяжки и реакции, чтобы не попасться под копыта полутонного создания. В общем, да, я везунчик. Мой тренер поэтому и не хочет, чтобы я занималась конкуром, предлагая заняться выездкой, ведь она безопаснее. Однако я не я, если бы согласилась.
Приходится теперь Михалычу(так его зовут только избранные, которые не боятся его подзатыльников) защищать меня от злобных коняшек, который и ростом-то меньше меня, и злобных барьеров. Хотя на парочку он меня допускает после одного случая.
Это было где-то полгода назад. Моя кобылка решила, что мы герои, и надо не пройти спокойно кавалетти, а перепрыгнуть его. Я в это время разминалась, держась за заднюю луку седла. Сказать, что я испытала шок, ничего не сказать. Я каким-то чудом умудрилась сжать коленями бока лошади, правда, потом вместе с седлом съехала на градусов эдак на 90° вправо. Тогда нагоняй получала только я, хотя я, вроде, и жертва, но подпругу-то я не закрепила, как необходимо, из-за чего и накренилась так. Зато с того времени тренер перестал так сильно меня опекать. Правда, до канавы он меня так и не допускает, хотя я очень хочу попробовать.
— Евгения, вернись с небес! — снова крикнул тренер, махая передо мной руками.
Ой, отвлеклась опять. Да, такая я. Сосредоточиться не могу. Кстати, забыла представиться. Меня зовут Женя, но все зовут Енька или Еська. Только Михалыч иногда называет меня Жардин, как кофе, в отместку за его прозвище, которое я ему дала. Ну почему я не могу называть взрослого мужчину мишуткой? Он же похож на медведя, только на доброго. А добрый медведь кто? Мишутка.
— Я здесь! Выполняю всё точно по инструкции, капитан! — бодро ответила, едва остановив руку, которая потянулась к виску, чтобы отдать честь.
— Женя, а ну, выйди из строя и слезь с коня! — взревел тот, указав пальцем в угол.
— Как вы можете. Что за дискриминация по отношению к Омахе? Она же кобыла, а не конь. Изверг. Как она ещё не покусала вас, — со вздохом прошептала я, взяв повод и потянув его в указанную сторону.
— Что, очередное наказание от Михалыча за витание в своих мыслях? — спросили за спиной, когда я спешилась.
Закатив глаза, я повернулась к говорившему. И сомнений быть не могло. Харин собственной персоной! Самый противный человек в любом обществе, даже среди таких же друзей. Только смазливая мордашка и деньги отца позволяют ему так себя вести, а отними это всё, так и всё, ты никому не нужен со своим завышенным эго.
— Не игнорь меня. Знаешь же, что я не отстану, Жардин,~—с улыбкой он произнёс прозвище, которое я позволяю использовать только тренеру.
Он однажды услышал его во время тренировки, теперь только так меня и кличет. А я терпением обделена, в отличие от фантазии, чтобы терпеть его хотя бы минуту.
— Да вот, думаю, зачем Хорьку острый язык при его тупой голове. Наоборот же должно быть, чтобы была хоть какая-то возможность выжить в социуме.
— О, ты разозлилась. Приятно, что я могу тебя злить, но я, вообще-то, просто пообщаться хотел. Мы же коллеги по несчастью, будем тут стоять как минимум ещё минут пятнадцать.
— Я знаю. Однако это не отменяет того, что ты: а) бесишь меня, б) очень бесишь меня и в) чертовски сильно бесишь меня.
— Вау, как много слов «бесишь». Знаешь, я могу даже подумать, что ты так пытаешься привлечь моё внимание, пытаясь казаться холодной, — хмыкнул парень, сняв шлем и взъерошив свои смолянистые волосы.
— У тебя для тебя есть выбор: тебе факт правой показать или левой? — рыкнула, крепче сжав поводья у морды Омахи.
Лошадь фыркнула и качнула головой, думая, что я потянула её, чтобы дать вкусняшку. Прости, дорогая, но ты знаешь суровый закон: вкусняшки только после тренировки за хорошее поведение. Я погладила её между ушек и похлопала по шее.
— Почему ты так ласкова к лошадям, а ко мне — нет? А вдруг я тоже хочу любви и нежности? Вдруг я недолюбленный ребёнок? — подал голос Хорёк, подойдя со своим конём ближе.
— Придурок! Убери своего Каромару от Омахи! Если она начнёт лягаться, то получим мы оба, причём не только он тренера! — заверещала я, уводя подальше кобылку.
Главное правило, когда занимаешься конным спортом, — никогда и ни за что не подпускай коня к кобыле! Женщины, они такие, даже среди лошадей. Строптивые и вольные, не любят, когда мужчины пытаются их зажать. Только в мире людей это не более спокойно происходит, а в мире лошадей всё просто: лягаться в 99 % случаев. Напали — лягаемся, укусили — то же самое, страшно — угадайте что.