— Чего? — изумленно воскликнул Лыцарь.
— Механика, которому вы приказали вывести станцию из строя. Кто его убил?
— Что вы городите? — лицо чиновник налилось кровью. — Вы спятили, что ли? — он бросил через стол следователю назад его документы. — Это — да! Но никакому Сергееву я ничего не приказывал! Диверсию? Вы с ума спятили! И уж тем более — убийство! Вы вообще!.. За кого меня принимаете? Вам что здесь, Чикаго?
На площадь в центре Апрелевки перед новым торговым центром въехал КамАЗ с железным фургоном. Парень с добродушным лицом выпрыгнул из кабины и принялся открывать задние двери своей фуры. Он что-то весело насвистывал и подмигивал двум мальчонкам лет десяти, глазевшим на машину. Открыв двери, он повесил снаружи на стену фургона большой плакат «Питьевая вода. Бесплатно», а затем уселся на стул на краю фургона с мегафоном в руках.
— Разливаем питьевую воду! — разнесся по площади его бодрый голос. — Бесплатно! Подходите, набирайте сколько надо! С сегодняшнего дня каждый день на этом месте! Бесплатно! Чистейшая! Родниковая! Питьевая вода!
Народ к машине потянулся довольно быстро. Кто-то еще стоял на тротуаре и просто с недоверием смотрел на КамАЗ и румяного веселого водителя, но когда на их глазах стали разливать подходящим людям в их емкости воду, многие побежали домой. Меньше чем через час возле машины установилась очередь. Водитель ловко подтаскивал к краю большие прозрачные фляги с водой, подставлял воронку и переливал содержимое в ведра, пластиковые бутыли. Старики шли с канистрами на тележках.
— Спасибо вам огромное! — то и дело слышалось из очереди. — Давно бы так! Теперь не пропадем! Молодцы мужики, хорошее дело организовали!
— А сколько можно брать? Сколько в одни руки даете?
— А сколько унесете, — улыбался в ответ водитель.
— Ой, дай бог тебе здоровья, сынок! А то вся пенсия вон на воду уходит!
Водитель улыбался людям, разливая остатки воды. Он и не заметил, как опустошил почти все бутыли. А еще он не заметил, как от толпы людей возле машины отделился человек в джинсовой безрукавке и темных очках. Он сначала неторопливо, а потом, все ускоряя шаг, двинулся к дверям еще не открывшегося супермаркета. И когда от КамАЗа с водой отошел последний человек с наполненной емкостью, из дверей здания вышли тот же самый мужчина и Аникеев. Мужчина что-то возбужденно говорил директору сети магазинов, а тот шел и молча хмурил брови.
Родионова вошла в кабинет, оглянулась, чтобы убедиться, что кроме Симоненко здесь никого нет, и села на стул возле его стола.
— Что по убийству. Новое есть что-нибудь?
— Версия с главой города лопнула. Буду прорабатывать дальше, — он внимательно посмотрел на замолчавшую Вику и предложил: — Ну, спрашивай дальше?
— Что спрашивать? — напряженно отозвалась Вика, тем самым показав, что Симоненко угадал ее настроение.
— У тебя же куча вопросов ко мне. Насколько мы знаем от твоего доброго друга Максима, который больше не с нами.
— Это в каком смысле? — встрепенулась Вика. — Ты что?
— Успокойся, — улыбнулся Валера. — Его перевели в другой город. За вмешательство в спецоперацию.
— Ты «конторский», — догадалась Вика и посмотрела бывшему мужу в глаза.
— Уже два года.
— И ты не капитан, у тебя звание выше.
— И у вас я не просто так, — кивнул Симоненко. — Идет операция. Детали раскрыть не могу.
— Кто из наших может пострадать? — не удержалась от вопроса Вика.
— Переживаешь за него? — понимающе кивнул Симоненко. — Молчишь? Ладно. Мы можем с тобой сотрудничать, чтобы в итоге было меньше пострадавших.
— То есть стучать тебе, — недобро прищурилась Родионова.
— Сотрудничать, — спокойно повторил Валера.
— Знаешь, — Вика поднялась со стула и ушла к своему столу. — У тебя своя операция. У меня — своя. Детали раскрыть не могу.
— В этом случае… Тебе я готов «подстелить соломку». Другим — нет. И еще. Никто не должен знать о нашем разговоре, особенно Соколовский.
— Почему?
— Молчать не умеет. А кто не умеет молчать, тот исчезает первым.
На улице стало темнеть. Водитель убирал в глубь фуры пустые бутыли из-под воды, когда увидел двух подошедших мужчин.
— Здорово, мужики. За водой? Еще не все разлил, осталась!
— Слышь, деятель, — недобро сказал Аникеев. — Ты откуда взялся?
— Да, это… Частная инициатива одного благотворителя, — начал было объяснять парень, но Аникеев со своим помощником запрыгнули в фургон. — Мужики, вы чего?
Аникеев пнул ногой пустую бутыль, а его помощник резко и сильно ударил водителя кулаком в живот. Парень согнулся пополам, а Аникеев схватил его за волосы и, наклонившись к нему, заговорил со злостью:
— Короче. Если я еще раз тебя здесь увижу…
— Задушишь, как Сергеева? — раздался за спиной довольный голос. Мужчины обернулись, увидев стоящего на краю фургона Соколовского. — Нехило ты наварился. Тупо на воде! Двадцать тысяч человек тут? Бутыль — рублей по сто? Хотя бы по одной на каждого в день, это примерно… шестьдесят миллионов в месяц. Просто на людской жажде! Ты гений!
— А ты кто такой? — не сразу узнал Игоря Аникеев.
