Я не могла поверить своим глазам, впрочем, как и он. Как я могла так оплошать? Почему не узнала больше о фирме, с которой мы заключали контракт на слияние компаний на ближайшие пять лет? Он смотрел на меня своими глазами тёплого шоколада, в которые я когда-то влюбилась. Но сейчас в них я не замечала того блеска, что был раньше. Они были наглыми, холодными и пугали меня. Буравил взглядом, прожигал, сметал все, что между нами когда-то было. В его глазах проскальзывала ненависть, злость. Выпрямилась и нацепила маску безразличия. Я восемь лет училась прятать свои чувства и эмоции. Не хотела быть слабой, как когда-то.Можно ли вернуть бывших или прошлое должно остаться в прошлом? Я думала, что оставила его, пройдя все самое сложное в одиночку, но видимо Исаев решил, что наша история еще впереди.
— Полечка, тебя каким рейсом встречать?
Дед кричал в трубку так, словно я была глухой и не слышала его совсем.
Сегодня я впервые возвращалась домой после восьми лет бегства от самой себя, сломанной, брошенной, обиженной. Хотя сомнения у меня были до сих пор.
Помню тот вечер, просто собрала вещи и оставила записку маме, что не могу остаться. Мне было восемнадцать, мои чувства растоптали, унизили, к тому же я не могла признаться маме и дедушке, что была беременна. Получила аттестат и через месяц просто сбежала.
— Дед, не переживай, я на такси! Тебе не за чем ехать в аэропорт. Вспомни, у тебя давление, вдруг в автобусе сахар поднимется, что тогда? Где мне тебя искать?
— Полечка, но я просто…
— Дедуль, все хорошо! Поверь мне! Я в состоянии добраться сама. Чать не маленькая девочка. Выросла уже. — Улыбаюсь, потому что его забота обо мне до сих пор радует.
— И то правда.
Я услышала, как дед грустно вздохнул. Я скучала по нему. Он приезжал последний раз два года назад, когда мама умерла. Понянчился с правнуками, и даже расплакался когда уезжал, сказав, что гордится мной.
Объявили посадку, и я, взяв своих сорванцов за руки, пошла к трапу.
Перелёт прошёл вполне тихо, я даже не ожидала от сына и дочери, что они будет вести себя тихо, хотя понимала в чем дело. Их дед пригрозил им карманными деньгами, если они что-то натворят. Вообще они не были избалованы, просто иногда их любознательность выходила за рамки допустимого.
Самолёт приземлился после полудня, и я не спешила выходить. Оттягивала этот момент. Прошло много времени и раны затянулись, я больше не была той наивной дурочкой, но все равно было тревожно. Я бы не вернулась сюда, если б не отец. Он перевёз главный офис в столицу, сам уехал намного раньше, я же заканчивала дела в старом офисе, контролировала закрытие и прощалась с морем.
Отца я не знала до восемнадцати лет. Мать тогда в панике была после моего побега и обратилась к нему за помощью. Он нашёл меня, измученную, забитую, ту, которая жить не хотела от горечи предательства. Он знать не знал о моем существовании, мама ему даже не сказала, и вот я повторяю её поступок.
Дед встретил нас при параде. Конечно жить с ним, мы не собирались, отец купил мне с детьми квартиру в центре, но дед настаивал, чтоб правнуки жили с ним. Все равно я большую часть времени проводила на работе. Мы договорились, что я буду забирать детей на выходные. Возможно это было и правильно, ему тоже было одному и скучно столько лет. А после смерти единственной дочери, моей мамы, он вообще паник.
— Поль, рассказывай, как ты?
Дед уселся напротив, взял мою руку в свою и посмотрел на меня своими серыми глазами. Как же я скучала по нему. Морщинок на его лице стало ещё больше с нашей последней встречи, глаза потускнели, а волосы приобрели полностью белый оттенок. Я вглядывалась в такое родное лицо и просто наслаждалась им. Дед был всегда опорой для меня! Моим смыслом! Тот кто наставлял меня, учил, воспитывал! Я любила его больше всех.
— Ты так постарел. И мне так жаль, что меня не было рядом! — Я разрыдалась и он притянул меня к себе.
Уткнулась в его вельветовую рубашку синего цвета, которую дед застирал до потёртостей и почувствовала его аромат. От деда всегда пахло табаком и корицей. Этот запах был со мной все эти восемь лет.
— Зато какая ты стала? Посмотри на себя! Взрослая, красивая, самостоятельная, сильная! Со всем справилась! А правнуков каких мне подарила, прям загляденье.
Я улыбнулась и слегка отстранилась от него, смахивая слезы. Дед поцеловал меня в лоб и я судорожно вздохнул. Давно не чувствовала его так близко. Возможно моё возвращение не было такой плохой идеей. Главное верить, что все будет хорошо. Эта фраза стала моей мантрой за последние пять лет.
Восемь лет назад.
Начало марта выдалось дождливым. А я не любила дождь. Он кроме грусти не навеивал мне ничего. А мне бы солнышко, чтоб улыбаться.
Сегодня Ирина Марковна задержала весь класс на дополнительный урок. Скоро выпускные экзамены, а значит корпеть над учебниками придётся ещё сильнее. Впрочем мне можно и не заниматься долго. Пробные экзамены я сдала на отлично, никто и не удивился. Я не была ботаником, я не из тех, кто зубрит от корки до корки. Я скорее относилась к той категории, кто схватывает на лету.
После очередного ответа классному руководителю в меня прилетаем скомканный лист бумаги. Я оглянулась и столкнулась с ехидным взглядом Исаева. Как же он меня раздражал. Исаев и его лучшие друзья относились к категории богатеньких засранцев, если ты им не переходишь дорогу, то они тебя и не тронут. Вообще у нас очень дружный класс, даже не смотря на то, что не все имели богатых родителей.
В элитной школе на один класс выделяли шесть бюджетных мест и я занимала одно из них. Мама перевела меня в эту школу, в пятом классе и меня сразу приняли все, кроме одного. Исаев. Наглый, самовлюблённый брюнет с глазами тёплого шоколада. И вот по сей день, он хоть и не вредил, но изрядно доставал меня.
